Вавилонский бурелом

— Приз, как я понимаю, внушительный? – голос принадлежал Фёдору.

— Спонсоров немало, они, в основном, сертификаты на покупку деталей к авто дают, — ответила Зина, — но и деньги какие-никакие перепадут. Но главное – победить. В этом году Годаев вообще какую-то секретную трассу готовит. На своём сайте темнит, пишет, мол, сюрприз для всех участников будет. Надолго гонка запомнится, войдёт в историю. Что никогда ещё трасса «Вавилонского бурелома» не была столь разнообразной и интересной, вроде бы от песчаных склонов до непролазных болот.

— Как узнала, что я тут? – девушка подошла и встала рядом с Фёдором.

— Забыла, кто я? – осклабилась собеседница, — у меня и слух, и нюх, и много ещё чего, — на этих словах она почему-то скосила глаза на Американца, — получше человеческого.

— Ладно, — дёрнул её за рукав футболки парень, — и как на эти гонки попасть?

— Тебе, граф, там ничего не светит по двум причинам, — ехидно проговорила Зинаида, — первое – у тебя нет средства передвижения (На мой мотик можешь не рассчитывать, не дам однозначно.

— Допустим, ты мою нечеловеческую природу углядела, а гном откуда узнает?

— Фёдор, — проговорила Арина, — ты уверен, что у нас есть время на глупые развлечения в виде езды на мотоцикле по всяческим природным, — она замялась, подбирая определение взамен Зинаидиного, — неудобьям?

— Когда гонка? – глаза героической души загорелись, казалось, парень просто не услышал Арининых возражений.

— В июле, недели через полторы.

— Давай так, — он повернулся к чародейке, — подадим заявку, а будем заняты – значит, не судьба! Я слова не скажу.

— Ага, — снова съязвила вампирша, — а поедешь-то на чём? В нашем захолустье кроссовые мотоциклы в аренду не выдают. Да и не факт, что гном согласится тебя взять.

— Я на своей лошади участвовать буду, — заявил Толстой с самым серьёзным видом, а вампирша покатилась со смеху, — давай пари, — не обращая на смех внимания, предложил он, — если я прямо сейчас, не сходя с этого самого места не предъявлю тебе свою кобылку Фру-фру, покупаю тебе бутылку самого дорогого коньяка.

Он протянул руку.

— Э, — усмехнулась Зинаида, гася окурок в принесённой из гостиной пепельнице, — за километр чую подвох.