Вавилонский бурелом

Паспорт показать?

— Нет, не нужно, — почему-то смутился швейцар, — я так, для порядка спросил. Проходите, пожалуйста.

Фёдор с интересом посмотрел на железное кружево перил лестницы, железные же ступени которой укрывал красный ковёр, на пышные фикусовые деревья в кадках коридора первого этажа. Рина привычно свернула в темноватый закуток перед учительской и кабинетом директора. В комнатке секретаря никого не было, и она постучала в дверь с табличкой, сообщавшей имя, фамилию и должность руководителя гимназии № 4.

— Арина, я очень рада, что ты зашла, — вместо приветствия воскликнула ещё не старая женщина за внушительных размеров столом, — как дела? Надеюсь, ты решилась выйти на часы русского и литературы?

— Потом, Алла Сергеевна, — смутилась Арина, не зная, как объяснить свой отказ. И заметила в кабинете ещё одного человека.

— Вот, Анатолий Томасович, — с гордостью проговорила директор, — представляю вам нашу выпускницу и медалистку Воронцову Арину, теперь вот, надеюсь, что она скоро станет нашей коллегой.

— Воронцову мне представлять не нужно, — широко улыбнулся подтянутый бритый наголо мужчина лет под шестьдесят, — она ведь и наша выпускница, краснодипломница и активистка.

— Анатолий Томасович! – обрадовалась Рина, узнав в посетителе преподавателя английского языка из СГУ, любимца всех студентов, демократичного и вместе с тем требовательного. Ходили слухи, что Роджерс, такую фамилию носил преподаватель, был наполовину американцем, отец которого уехал из Штатов в конце пятидесятых годов прошлого века, спасаясь от «охоты на ведьм» и осел в России.

— Да, вот, Аринушка, — снова улыбнулся преподаватель, — приехал в ваш город в командировку.

— Университет планирует открыть курсы подготовки на базе нашей гимназии, — опередила гостя Алла Сергеевна, — они видят в нас хороший потенциал.

— Именно, — подтвердил мужчина, — и госпожа Воронцова этому лучшее подтверждение. Надеюсь, тебя скоро можно будет поздравить? – он хитро прищурился и многозначительно кивнул на Фёдора.

— Что вы, — покраснела Арина, — это мой двоюродный брат Фёдор из Питера. Приехал на похороны бабушки, а тут отпуск начался. Вот пока и отдыхает у нас.

— Очень рад, — Толстой пожал протянутую руку.