Вавилонский бурелом

— Интересно, — поощрила его чародейка.

— Ничего интересного, — буркнул Максим, — выпускница школы. Поругалась с парнем, разобиделась, выкрикнула, мол, тебе не нужна – лешему по сердцу придусь, что ты ещё сто раз пожалешь. Раньше верили, будто хозяин леса себе жену из человеческих девушек выбирает, — он сделал паузу, словно припоминая события двухмесячной давности, — в лес подалась. Дурень ей вслед счастливого брака пожелал и домой пошёл.

— И что потом? – Рину начинала раздражать манера Максима-лесника останавливаться на половине фразы.

— Девку искали всем селом. Даже полиция из Междуреченска приезжала.

— Нашли?

— Нашли окровавленный кроссовок, и всё.

— И что постановило следствие? – Рине история начинала нравиться всё меньше и меньше.

— Какое следствие! Околоточный походил-походил по поляне возле болота и постановил: суицид на почве неразделённой любви через вскрытие вен колюще-режущим предметом с последующим самоутоплением в болоте. Я пытался околоточному сказать, что на обувке следы зубов, но тот только отмахнулся и велел не лезть не в своё дело.

— Давно пора развеять суеверия и страхи вокруг вашего леса, — хлопнул себя рукой по колену Снорри, — живёте будто в позапрошлом веке: во всякую ерунду верите. Мы так моторами зарычим, что все ваши лешаки с кикиморами бежать без оглядки до самой трассы будут.

— Вот Сашке, видать, не удалось напугать, — ядовито проговорил лесник.

— Ты с нами? – строго вопросил гном, — покажешь, что где в лесу.

— Не могу, — отвёл глаза собеседник, — у меня дело неотложное. Загодя договорился.

— Ладно, ведьмак хренов, — скривился Снорри, — обойдёмся своими силами. Сдрейфил, так и скажи.

Максим надел на голову свою панаму и ответил:

— Осторожность и трусость — различные понятия. Моё дело в лесу за порядком следить, чтоб костры не жгли, рыбу не глушили, капканов не ставили.

Дорога в лес производила впечатление когда-то наезженной, а теперь основательно заросшей травой. Первый флажок они увидели сразу, как только заехали под сень дубов и клёнов. Стало сумеречно, всё пространство между деревьями занимал густо-зелёный подлесок, укрывающий землю сплошным ковром.