Вавилонский бурелом

Удар оказался столь силён, что Фёдор напрочь снёс спиной беседку вместе с чайным столом, пролетел дальше через кусты крыжовника. Потом послышался треск разваливаемого забора и вскрик боли упавшего Фёдора.

— Миха, — позвал Астродамус, — Миха вставай, ты можешь!

Морда-череп с несколько потускневшими глазами повернулась в сторону Хранителя, которого вампирша продолжала держать железной хваткой. Опасность, угрожающая Астродамусу, заставила Вендиго собраться с силами и рвануть на помощь. Он словно бы потерял форму, растекаясь по земле.

Вендиго поднялся на ноги и осторожно, словно баюкал ребёнка, поднял своего Хранителя и посадил себе на шею.

— Убей чародейку, — приказал Астродамус, в его голосе откровенно слышались нотки ликования, — остальные – тьфу, ерунда.

Вендиго по-собачьи склонил набок рогатую голову, словно бы осмысливал приказ, потом развернулся и двинулся в сторону Арины. Он ещё не восстановил силы после обгорания и рывка по спасению Астродамуса, поэтому шагал не спеша, давая себе время на восстановление.

— Аришка, — негромко проговорил Снорри, выступивший вперёд с молотом наперевес, — можешь его ещё разок своим огнемётом жахнуть?

— Нет, — устало ответила девушка, — не смогу, иначе для Фёдора совсем маны не останется.

— Ещё неизвестно, — пробурчал гном, — понадобится ли ему мана вообще.

Со стороны оврага раздался знакомый французский мат позапрошлого века с упоминанием дерьма, шлюх и ещё каких-то совсем уж непонятных, но явно неприятных объектов. Это Фёдор выбирался из оврага.

Арина с облегчением поняла, что татуированных граф жив и относительно здоров.

— Девку, девку бей, — азартно подбадривал питомца Астродамус.

Гном поудобнее перехватил молот, и закрыл чародейку собой.

— Продержимся, — пообещал он не то ей, не то самому себе, — а там Федька подоспеет.

Вендиго, казалось, вспомнил гнома, размозжившего ему голову на Старичном болоте, огоньки золотых глаз слегка покраснели и мигнули. Он со всего размаху ударил гнома наискось сверху левой лапой, потому как тот изготовился защищаться от удара правши. Снорри чуть отодвинулся, и когти заскрежетали по вычурному нагруднику, любовно посеребрённому самим владельцем.