Лавка Сновидца

Дело в том, что мадам Пакхус не смогла ответить мне на вопрос: какой срок годности снов? Она только смогла сказать, что обычно в нашей лавке списывали и уничтожали непроданный товар через два года после последней продажи. И для неё всё ещё удивление, что этот «мусор» остался на складах.

— Хотя ничего удивительного — ещё совсем недавно эти коробки можно было даже не заметить в общем потоке, — с неожиданной злостью в голосе сказала завсклада.

Сейчас же этот мусор мог спасти нас от кредиторов и долгов. И дать денег на то, чтобы привести машины в порядок.

Вечером, заперев лавку на все замки и дав строгие указания дяде Нестору по поводу сохранности склада, я вернулся домой. Дома были только Ю и Ирин. Норна и мама оставались в палате у отца. Как сказала мне старшая, отец всё так же стабилен и всё так же без сознания. Аппаратуру везут и специалиста с опытом — тоже.

— А что вы знаете про срок годности у снов? — спросил я за ужином, поедая горячие, специально сваренные для меня макароны с сыром.

Ирин, пусть и была старшая, но меньше интересовалась этой темой. Зато Ю всегда тонко чувствовала материю снов — видимо получила талант в наследство от матери.

— Знаешь, как я поняла, это очень индивидуально, — Ю задумчиво прижала пальчик к губам. — Зависит от типа сна. Лечебные хранятся дольше. Кошмары — меньше. Индивидуальный заказ вообще имеет срок от нескольких дней до пары месяцев, не больше. Плюс состояние машины.

— А это как влияет? — спросил я, вспоминая укатившееся большое колесо и разбалансированную тонкую механику.

— Ну, как любая производственная линия. Если процесс налажен хорошо, детали подогнаны друг к другу плотно, то ломается реже. Если не доработано — то износ быстрее, — Ю пожала плечами.

— А как проверить — рабочий ещё сон или нет? — Я пытался поймать последнюю макаронину в тарелке и не сразу понял, что на кухне повисла тишина.

Я поднял голову и вопросительно посмотрел на сестёр. Ирин еле сдерживала смех, а Ю качала головой.

— Есть, как бы два варианта, — давясь смехом сказала Ирин.

Ю серьёзно кивнула, поддерживая сестру:

— Первый — прожить сон, лечь с ним спать.

Логично, я покивал. Но что-то мне не хотелось рисковать своей головой и узнавать, что там придумали в своё время родители.

— А второй?

Сёстры, одна со смехом, другая с обидой, ответили хором:

— Быть мастером Сновидцем из прошлого!

Почему-то эхом к их ответу я слышал насмешливое жужжание.