ВалерьЯна для мертвеца

Для обычного обывателя это совершенно бесполезная вещь, для мага странная и непонятная, а для меня необходимая. Особенно когда это касается работы. Приходится соблюдать осторожность, чтобы какой-нибудь еще зеленый защитник не решил поиграть в великого разоблачителя.

Я не маг и творить чары не могу, но вот разрушать их... Впрочем, об этом лучше не распространяться. А уж своему юному партнеру я точно не собиралась раскрыть все карты. Доверие — сложная штука, либо оно есть, либо его нет. Вырастить его крайне сложно, а вот загубить — запросто.

— Скажем так, я завалила очень важное дело, в результате были последствия. А Гледшир...

Я заглянула в чашку, наклонив ее слегка на себя, и увидела там свое черно-белое отражение в окружении редкой коричневатой пенки. Оно двигалось и все время делало мою копию на поверхности кофе то кривой и бесформенной, то неприлично растянутой, но это даже было забавно. Сейчас я сама мало понимала, какой должна быть. Будто все внутри точно так же колыхалось и менялось, не имея стабильной формы.

— Гледшеру достался пост, титул и всеобщее почитание. Не бери в голову. Он, конечно, неприятный тип, но не подлый. Изживать тебя, раз уже взял, не станет. Спи спокойно.

Я оставила чашку в покое, поднялась, положила парочку монет на стол и собралась уходить.

— Ты посиди, познакомься с товарищами. Не всегда хорошо быть торчащим гвоздем.

Мне необходимо было попасть в морг до того, как Кло решит перевезти труп Сенди в другое городское похоронное бюро из вредности. Это вторая жертва, и она играла немаловажную роль в установлении личности ведьмы, что творит Агхаар. Стоило поторопиться и сделать запрос. Все же Лимони попала ко мне как неопознанная жертва, а Сенди, скорее всего, собирались передать семье.

Я влетела в секционную и готова была отстаивать труп служанки силой, если понадобится, но случайно ошиблась помещением. Или неслучайно. Это тоже была комната для вскрытий, но в ней не было трупа. Только жутко злой глава департамента у окна, со сложенными на груди руками. Кажется, я стала предсказуемой. Меня ждали.

— Ты не имеешь права отстранить меня от дела.