ВалерьЯна для мертвеца

Никак не могла определить: она издавалась, называя Вольфгана генералом, или все-таки пыталась соблюсти приличия? Воистину непостижимая женщина.

— Первую жертву звали Лимони Такс, — продолжила Валерия, подавшись слегка вперед и переведя вес на локти. — Она работала служанкой в доме Лансеров и никогда не пересекалась с Тинделом. Парень просто не имеет доступа в их родовое поместье. Не то положение. К тому же Лансеры проживают в совершенно противоположном от ведьминой горы конце города. Все это исключает повесу из списка подозреваемых.

В ране Лимони мы обнаружили уголь. Занесли его туда со спины, как и вырвали сердце. А это значит, что жгли траву до фактического убийства, а не после, слишком глубоко проникли частицы угля. Итак, что мы имеем: ведьмин холм, сожженную траву, вырванное с неимоверной силой сердце и неубранное место убийства. Это ритуал жертвоприношения, и провела его...

— Достаточно! — рявкнул Гледшир, обрывая детектива на полуслове.

Он не хотел, чтобы Валерия озвучила свои догадки. Ведь не могла же, в самом деле, убить девушек ведьма.

Ковен живет в мире с Пятым краем, даже в совете есть его представители. Такое просто невозможно.

— Достаточно? — переспросила женщина, слишком спокойно для той, кого только что опозорили. — Боюсь, вы позабыли, мой генерал, что я свободный детектив и имею право расследовать дела своих клиентов. Как только Лимони попала в мое похоронное бюро, она стала моим клиентом во всех смыслах. А посему вы выслушаете меня до конца.

Она посмотрела на Вольфгана с вызовом, ожидая нового окрика, но глава не имел права ей препятствовать и знал это.

Мужчина только стиснул зубы и с ненавистью уставился на Валерию в ожидании ее очередной тирады.

— Черная ведьма провела ритуал вызова демона из Глубин, — не щадя никого, ударила в лоб куратор. Даже я не ожидала от нее такой прямолинейности. — Это Акхаар, тройное жертвоприношение. В дар демону приносят только девственниц. Это еще одна причина, почему Ульрик невиновен: Сенди была девицей. После встречи с Тинделом служанка вряд ли смогла бы похвастаться сохраненной честью.

Куратор просто ликовала от негодующих шепотков и кривых лиц, что откровенно презирали ее в тот момент. Она ожидала такую реакцию, но была уверена в своей правоте. Несмотря на абсурдность ее предположения, чутье подсказывало мне, что в словах куратора было больше логики, чем в заключениях Кло, и Гледшир тоже это видел. Это заставляло задуматься.

— Что ж, две есть, осталась третья. Пора объявить охоту на ведьм.