Арлекин

- Чего насупился? Места разные бывают, куда можно ходить, куда нельзя, а куда можно, но осторожно. Пока сам не позову, забудь о том месте, понятно?

- Чего не понятно то. Понятно.

- Это хорошо, с этим порешали. Теперь говори зачем приходил?

- Хотел рисунки те посмотреть. Вчера один непонятный чел с Кировскими на площадке детской пересекались – для солидности выдал я, решив, что скрывать это нет смысла.

- Ну?

- Что-то похожее на нем было, вот хотел проверить на всякий случай.

- Кировские – прищурился Михалыч – кто узнал?

- Авил, Михась и еще какой-то, их Шапка срисовал.

- Опана – взялся за подбородок Михалыч – снова эти, неспроста.

- Шапка говорил в зал в центр ходят, меня позвал заниматься, вот я хотел их там по-тихому обсмотреть.

- Походу дельный ты – одобрительно кивнул Михалы – только к ним не лезь, есть там кому приглядеться. А в зал сходи, может еще чего присмотришь, если глаз острый.

- А рисунки? – напомнил я.

- Никчему они тебе – отмахнулся Михалыч – точное соответствие сами проверим.

Видя мое расстроенное лицо, сиделец усмехнулся.

- Толк в твоих словах будет, тогда и покажу. Много об этом не думай, но и не зевай.

- Как скажете дядя Миша – легко согласился я, от чего удостоился внимательного взгляда.

- Без самодеятельности – жестко, после небольшой паузы ответил Михалыч – не шутки шутим, серьезные дела.

Я кивнул, разворачиваясь.

- У Каши пропуск возьми – послышалось вслед.

Вопрос почему Каше не нужен пропуск отпал сам собой. Вида он был очень плохого, при том, что серые пятна на плече, спине и груди словно изнутри слегка подсвечивались.

- Здоров. Михалыч пропуск сказал взять у тебя в качалку.

Я внимательно смотрел на едва держащегося на ногах бандита. Он быстро достал из кошелька кусок темного пластика и молча протянул мне.

- Тебе бы в больницу – нейтрально заметил я, когда его стошнило маслянисто-черной слизью почти мне под ноги.

- Был уже – сплевывая ответил Каша, отмахнувшись от меня.

Я пошел в сторону дома и наткнулся на Гнома.

- С Кашей плохо, рвет его какой-то чернотой.

- Знаю. Татухи у него не выходят, а он успокоиться не может, с каждой новой только хуже становиться.

- Кольщик косячит?

- И он тоже. Я ему сказал, что, если Каша кони двинет, я его вслед за ним отправлю, и никто мне не указ.

- А он?

- Поржал. Говорит, если первая татуха не вышла, то остальные почти никогда не получаются. Только вот это Каше не объяснишь. Вбил себе в голову.

- Он так недолго протянет, в больницу бы его нормальную.