Арлекин

- И его тоже – поддержала опасения Найта.

- И его тоже – согласилась зеленоглазая, делая шаг вперед, чтобы лучше рассмотреть схватку.

Глава 26

Все-таки у деревяшки есть баланс, отстранено подумалось, когда выпад тренера был отбит торцом палки в легкой «игровой» манере.

Почему-то совсем не хотелось серьезно «рубиться». От исхода схватки могло зависеть будет ли у меня "духовный доспех" или нет. Отношения внутри дома с снятым специалистом попробуй догадайся какие. Легкое опасение присутствовало, но и проигрывать не хотелось.

Поэтому чтобы сильно не ронять авторитет Петровича я сделал серьезное лицо и отступал после каждой его атаки ровно на шаг, решив, что таким образом показываю, что он сильнее.

Резкий выпад и я снова отступаю, отклоняя серединой своей палки с виду безобидный инструмент, целивший мне в голову. А ведь попади он, вдруг подумалось мне, и серьезная черепно-мозговая травма обеспечена, настолько сильны были удары, зло прищурившего глаза тренера.

Легкий финт, показывая, что будет атака в руку, с быстрым поворотом запястья и сильнейшим ударом уже в колено.

Подставка палки, точно спасла уже от травмы и хромоты на правую ногу. Настрой тренера был очень серьезен, и чтобы немного охладить его пыл я сделал быстрый выпад, легко ткнув его в солнечное сплетение.

Лицо Петровича разгладилось, глаза стали мутными, словно их заволокло легкой дымкой. И вдруг сфера подсветка его «первой линией» от чего я немного удивленно отступил назад, и сразу спровоцировал комбинированную атаку с резким сближением.

Стала явно видна возникшая отстраненность тренера. Теперь он действовал больше как запрограммированная машина, а не человек. Хоть его удары и выпады стали быстрее, но до моей реакции ему было далеко. Все что он хотел скрыть под ложными замахами и финтами, мной легко читалось как простая книга, в которой сюжет был известен с первых страниц.

Шаг за шагом я отступал пока не дошел до стены, где слова ткнул тренера в грудь, чтобы его немного развернуть и смеситься в сторону.

Петрович моргнул, смотря на меня мутным взором и сфера подсветила его «второй линией».

Стиль его атак резко изменился, словно в него «подгрузились» новые данные. Движения стали резче и точнее, поменялось стойка. Он и сам словно стал худее и изящнее в обращении с деревянным оружием в своих руках.

Выпады последовали один за другим, сливая стук палок друг об друга в непрекращающийся ритмичный звук.