АнгелАда

— Можешь звать меня Эрра, — ответил он, но мне это имя ни о чем не говорило. И в мифах о нем не читала, — Но тебе ведь здесь не место.

— Не место, — подтвердила я, — И мне очень нужно домой.

— Эрсет ла тари, — он развел руками, дескать, ничего не могу поделать, — Страна без возврата.

— А хотя бы переодеться в сухое... — я снова осеклась, глядя на его набедренную повязку. Уж точно не в такое хотелось переодеться.

— Я дам тебе канди, — ответствовал Эрра, а мне оставалось только гадать, что это такое, — Следуй за мной, Нинлиль.

А что мне еще оставалось делать? Конечно, я пошла за ним, надеясь, что это канди, которое Эрра пообещал мне дать, окажется чем-то приемлемым.

Что ж, канди оказалось длинной рубахой или все-таки платьем из тонкой ткани, плотно прилегающей к телу. Ткань походила на мешковину, но лишь с виду, наощупь она оказалась приятной и мягкой. Может быть, это какой-нибудь некрашеный хлопок или даже шелк.

Хижина, куда привел меня Эрру стояла на окраине поселения, чуть в отдалении.

Когда с облачением было покончено, Эрру опустился на кровать, пристально меня разглядывая. Мне стало не по себе. Захотелось уйти, знать бы еще куда?

— И все-таки, — заговорил он, — Если сейчас ты заявишь, будто пошутила надо мной и назовешься Нинлиль, я ни на миг не стану сомневаться.

Эх, вспомнить бы еще, как меня там Самаэль обозвал. Кили-мили-тили... Вот поди узнай теперь, кто я.

— Хотела бы я и сама знать, кто я, — вздохнула печально, — А Вы случайно не знаете Тамиэля? Мне бы его найти.

— Демон чужого мира? — спросил Эрра, — Я слышал о нем, но сюда, где живут тени, он не ходит. Это он тебя привел сюда?

— Можно и так сказать. Точнее, нет. Он раньше приводил меня, но не сюда, а там где такой странное нагромождение камней. И нельзя входить через выход.

— А теперь? Он снова привел тебя?

— Нет, я просто убежала, точнее, уплыла от одной сумасшедшей. А Тамиэль остался там. И я не знаю, как его найти.

— Я не могу тебя отпустить, — проговорил Эрра, — Эрсет ла тари...

— Но что я тут буду делать?! — вскрикнула я, — Нет, мне очень нужно домой. Очень-очень.

— Госпожа Эреш будет в ярости. Я не могу, — в голосе Эрры слышалось горькое чувство вины.