Дело о стаях

Федор Игнатьевич наверняка сказал ему моё местоположение. Они же старые друзья... оказывается. Как не помочь другу...

Слава нервно облизывает пересохшие губы и обессилено приваливается к боку машины.

— Демид, я такой дурак...

— Твой начальник?

— Мой начальник. Оказывается, они дружили, когда я был мелким. Видел его лицо на одной из старых фотографий сегодня.

— Тогда вырубай телефон и едем. У твоей матери есть те, кто сможет её на время приютить с Аней? Или лучше сразу позвонить Руслану и забросить их к ним?

— Ты доверяешь охотникам? — не сдержавшись, поддевает Слава.

— Этим да, — коротко и спокойно отзывается Демид, поднимая выроненные Славой ключи. — Они доказали свою лояльность.

* * *

Солнце не так уж и высоко поднимается над горизонтом, когда они наконец-то выезжают из дома. Слава даже удивляется, когда матери удаётся дозвониться до подруги так рано, но фраза: «Мы же учителя, мы привыкли» ставит всё на свои места.

«Рано вставать и поздно ложиться. Тетради, бумаги и подготовка к урокам вместо жизни» — морщится он, вспомнив своё детство.

— Ты им доверяешь? — обернувшись назад, в который раз спрашивает Слава у матери, когда Демид останавливает машину и глушит двигатель у одного из заборов.

— Да, — в который же раз повторяет та. — Мы дружим уже несколько лет, Слав. Она хороший человек. Всё будет в порядке.

Слава кивает, однако беспокойство унять всё равно не получается. Оно так и скребётся внутри голодной кошкой.

Даже то, что с этой незнакомой женщиной его мать работает и дружит вот уже несколько лет, не успокаивает.

— Хорошо, — сдаётся он.

— Пап, а ты с нами не пойдёшь?

Аня вклинивается, едва дождавшись окончания разговора. Приподнимается, натягивая ремень безопасности до предела.

— Нет, волчонок, у меня есть дела.

Аня дуется на такой ответ, недовольно складывая руки на груди и падая обратно в кресло.

— Но когда вернусь, обещаю, что выполню любое твоё желание.

Во взгляде Ани тут же загорается хитрое предвкушение, и Слава спешит очертить границы:

— В разумных пределах и возможностях, Ань.

— Ну, пааап! — канючит Аня под тихий смех матери Славы, но, видимо что-то поняв по его лицу, меняет тему. — Дядь Демид, а ты? Ты же с нами?

Она снова приподнимается, протягивая ладошки к водительскому креслу, но и с этой стороны получает отказ.

— Я присмотрю за твоим папой, волчонок. А-то вдруг он заработается. Ты же знаешь, какой у нас папа.