Город Мертвых Талантов

Трики Торн — хитрая колючка значит!

К Сашиному изумлению, куст имя свое знал. Когда Бэлла его произнесла, все веточки куста, даже те, что торчали из-под мешковины, повернулись в ее сторону.

— Видишь, видишь! — радовалась Бэлла, — он все понимает!

Она бережно прикрыла Трики свободным краем мешковины, и они втроем, со всеми предосторожностями и почестями погрузили ирландского бунтаря на тачку.

— Все, — выдохнула Бэлла, — теперь везите в поле, Савва знает куда. Помнишь, я показывала?

Савва кивнул.

— Посадите там, где скажет.

— Так он еще и разговаривает? — возмущенно ахнула Саша.

— Нет. Знак подаст. Не дураки, разберетесь.

Саша покосилась на Савву — тот по обыкновению молчал, слова Бэллы о говорящем кусте его не смутили.

“ Вот это выдержка! — восхитилась Саша, — Ну и ладно, если говорящие кусты для него дело привычное, пусть сам за его знаками и следит.”

Виновник торжества, как только его оторвали от земли, присмирел, перестал выдираться из-под мешковины и шипеть.

— Смотри, ему нехорошо! Пойдем скорей!

— Ничего, довезете, — заверила ее Бэлла, — только знак не пропустите! И лейку вот вам нате, — она бросила Саше под ноги помятую жестяную лейку, — А тряпку можно снять, он теперь не тронет.

И сама осторожно развернула мешковину. Саша и Савва отпрыгнули на пару шагов, но Трики Торн вел себя прилично, не плевался и не шипел, понял, должно быть, что дело его дрянь.

Савва покатил тачку вглубь сада. Саша двинулась за ним, прихватив лопату и лейку.

— К озеру ее не пускай ! — крикнула вслед Бэлла.

Поле начиналось сразу за садом. Неожиданно зеленое для сентября, оно колыхалось, волновалось, тянуло рухнуть морской звездой в траву и так остаться. Справа темнел лес, слева угрюмо нависала Серая гора, впереди прятались друг за друга разноцветные холмы, а за ними высилась укутанная в туман вершина черной горы.

Сквозь поле тянулась тропинка.

Нести инструменты было тяжеловато и неудобно, но все равно Саша была рада, что согласилась пойти — легкий ветер уносил тяжелые мысли, солнышко вытягивало последние капли холода. Она даже не успела устать, когда куст встрепенулся и потянулся вправо полысевшей веточкой.