Город Мертвых Талантов

— Инспирией? — нахмурилась Саша, — и где она ее возьмет?

— Здесь, в подвалах, глубоко под землей есть тайный колодец. — объяснил Савва. Он существует с незапамятных времен. И там осталось немного. На дне. Ее берегут для особых случаев. И для Клары. Ей нельзя совсем без инспирии... — добавил он, будто оправдываясь, — А Декаденция решила заманить побольше публики, вот и упросила Клару.

— Как это гнусно!

— Совершенно согласен с вами! — послышалось из-за лиловых портьер в глубине зала. Опираясь на неизменную трость, вышел Филибрум.

— Но если музы получат хоть глоток инспирии, то скажем Декаденции спасибо за эту невинную хитрость. Рад видеть вас здесь, ребятки! Видите, что творится — он обвел бледной рукой библиотечный разгром, — мне ни за что не справиться с этим одному… А Декаденция дама нежная, станет расстраиваться…

— Вон она! — Савва кивнул в окно и мрачно добавил, — давно ее не было…

Декаденция впорхнула в зал как райская птица, в чем-то легком и переливчатом.

— Добрый день, глубокоуважаемая, счастлив вас видеть! — склонил седые кудри Филибрум.

— Здравствуйте, мэтр! Как ваша нога? Все уже готово? — на одном дыхании, без пауз прощебетала Декаденция, не удостоив Сашу и Савву даже взглядом.

— Благодарю! Нога все так же, и это уже хорошо. Подготовкой же займется вот эта очаровательная барышня.

Поэтесса прищурилась на Сашу.

— Ах, эта… да, я припоминаю, она будет заниматься здесь… как это… полезным делом! Плохая идея. Вряд ли девочка способна осознать всю важность предстоящего события.

Саша собралась уже поставить на место нахалку, но Филибрум ее опередил.

— Уверяю вас, дорогая, она устроит все наилучшим образом! У нее бездна вкуса! Она не пожалеет сил для величайшей поэтессы!

Декаденция расстроилась.

— Мэтр, дорогой мой, сколько раз я просила не произносить это гадкое слово, когда речь идет обо мне! Я — поэт!

Филибрум изобразил ужас и зажал себе рот обеими руками, уронив палку.

— Тысяча извинений, но я позволил себе употребить феминитив лишь для того, чтобы подчеркнуть вашу принадлежность к прекрасному полу. Его и прекрасным стоит назвать за одно то, что вы к нему принадлежите.

Декаденция смягчилась.

— Вы бы меня еще тогда куратриссой назвали! — кокетничала она.