Покров-4. Ключ

Хотя Василиса не из тех, кто может долго сидеть на одном месте спокойно – её постоянно куда-то несёт.

Однако Зоя в состоянии булыжника сейчас лежит в бабушкином доме. А виноватой всё равно считают Василису.

Вот это за два года жизни в Покрове она прекрасно усвоила – если люди что-то втемяшили себе в головы, их не переубедить. И они всегда найдут, к чему придраться. Или к кому. В данном случае – к Василисе. А почему именно к ней? Да потому что она не местная. И да, потому что её постоянно куда-то несёт.

Может, мама права? И лучше переехать? Нижний – слишком большой город, чтобы выделяться там лишь тем, что ты приезжий.

Но ведь и приключений там на свою харизму тоже можно отыскать немало. Видно, такая у неё судьба.

Так что без разницы, по каким дорогам гонять на разбитом автобусе – по сельским, или по городским.

– Можно я тут посижу? – спросил появившийся откуда-то Гаврил, чья голова едва виднелась из-за толстых старых книг, стопу которых он держал.

– Пожалуйста, – пожала плечами Василиса.

– Спасибо.

– Гаврил аккуратно переложил книги на столик и плюхнулся в кресло-мешок. – А то там такая духота и пылища, что в горле першит. – И он громко чихнул.

Василиса некоторое время бесцельно щёлкала мышкой, делая вид, что работает. А сама потихоньку наблюдала, как Гаврил аккуратно просматривал старые книги.

– Что у тебя там? – спросила Василиса, когда изображать деятельность надоело.

– Да тут всякие записи. Домовые книги, формуляры фельдшеров. Ничего путного. – Гаврил откинулся в кресле, положив ладони на глаза.

Устал, наверное. В прежнее время Василиса бы предложила ему чаю, да ещё нашла бы травы, полезные для зрения. И сама бы делала с ним гимнастику для глаз и массаж.

А теперь только отметила, какие у него руки красивые. Ну вот, опять расплылась. А ну, соберись. Он, между прочим, тоже сам виноват. Не надо было Зое давать лишних надежд.

– Может, она станет нашей местной достопримечательностью? – проговорила Василиса, положив подбородок на руку и глядя в окно. – Туристов к ней будем водить, сувениры продавать.

– Ты в своём уме? – выпрямился Гаврил, глядя на Василису, как на преступницу, только что сравнявшую с землёй милый детский сад, чтобы построить там крематорий для лошадей.

– Я просто вспомнила, что где-то в Бурятии или в Якутии есть лама, который уже лет сто вроде как медитирует. – Василисе стало стыдно, но виду показывать она не хотела, поэтому стала снова щёлкать мышкой. – У него ногти растут и температура тела как у обычных людей.