Радужный кот

Жить дед Потап, судя по всему, действительно умел. И он сам, и дети его были одеты дорого и красиво, во что-то, что называется, брендовое. Да и привезли с собой бутылку дорогущего коньяка, Коготковы такого отродясь не пили.

– Машина супер, – тоскливо протянул Семён. Его собственная лимонного цвета шестёрка, старенькая, но нежно любимая, заводилась теперь через раз.

– Давайте к столу, – позвала Варвара.

Расселись. Васька отчего-то не выходил. «Ну и слава Богу, – подумал Семён. – Целее будет». Налили по одной, выпили.

«У меня от неё мурашки по коже,» – подумал мальчик. Странно это было. И вроде говорила она ласково, кивала понимающе, а что-то Димке всё ж в ней не нравилось.

– Хороши котлетки, – сказал дед Потап. – Прям как моя Дуня готовила, покойница. Очень уж хороши.

– Да, – с улыбкой заметила Варвара.

И тут из детской раздалось недовольное «Мяу!»

Близнецы встрепенулись, Потап с удивительным для старика проворством повернулся на звук.

На кухню вошёл кот. Большой серый недовольный кот. Васька никак не мог стерпеть мысль, что котлеты сегодня съедят без него.

– Ох ты, какая животинка у вас! – воскликнул дед Потап. – Надо же ж, какой крупный.

– Ой, киса! – тётя Света с видом маленькой девочки опустилась на колени и протянула к коту руки с длинными красными коготками на худых пальцах.

Кот высокомерно взглянул на неё и осёкся. На одну короткую секунду он потерял своё котовское самообладание, но в следующий же миг угрожающе выгнул спину, зашипел и вспыхнул так ярко, что тётя Света вынуждена была отшатнуться. И когда она отшатнулась – Димка был готов поклясться – он ясно увидел на её лбу третий глаз.

– Васька, тише! – прикрикнула на него Варвара, выскочила из-за стола и подняла кота на руки. В объятьях хозяйки Васька немного успокоился, свечение чуть стихло, но всё ещё было очень тревожным.

Гости молчали. Затем дед Потап крякнул и произнёс:

– Ничего себе животинка. Ты где её достал Семён?

Семён хмыкнул, и вдруг проявил находчивость:

– На работе дали. На передержку.

– На передержку… – повторил Потап озадаченно. А потом так живо и хитро глянул на Семёна, что тот аж вздрогнул. – А продай его мне, а?

– Ну как же я продам его? Я ж говорю, на работе дали, он подотчётный.