Охотник: Зимний вечер

Пускай не со всеми – быть может всего с тремя или четырьмя, но всё же пальцами… У Каргера, понятно, пальцев пять, а то и шесть, все ловкие и чуткие, а сами руки длинные-длинные. Как тут ни старайся, выбиваясь из сил, работая и тренируясь днями напролёт, никогда ты не сможешь даже приблизится к ним. К тем, кому повезло родится лучше. Просто такая природа…

– А что значит “нулевик”? – обратилась ко мне Мила, вырывая меня из грустных мыслей.

– А? – встрепенулся и переспросил я.

– Кто такие “нулевики”? – девушка повторила вопрос, – Ну ты сказал, что, э-э-э, Каргер – “нулевик”.

Каргера называть Каргером, а не Германом Константиновичем ей тоже было непривычно и неловко.

– А тебе не рассказывали? – удивился Илья, а потом сам ответил на вопрос, – Хотя курс у тебя был ускоренный, так много всего в такое короткое время…

– Вроде не говорили, – снова чуть покраснев, сказала Мила, – Хотя может я забыла…

– Ну смотри, – стал отвечать уже я, – У нас все Охотники делятся на условные категории, в зависимости от Частоты.

– Или класса S, по американской системе, – вставил Илюха.

– Понятно, – сказала Мила.

– Вот… – протянул я, – Я тебе так навскидку все границы Частот не скажу, но они идут от шестой категории (где самые обычные люди) до нулевой. Их ещё титанами называют.

– От F до S, – снова провел параллель с западом Илья.

– Угу, – повторил я, – Если мне не изменяет память, то ты, Мила, в первой категории.

Мила округлила глаза.

– В первой, – подтвердил Илюха, поворачивая на мост, – Я во второй, он – в третьей.

Я печально поморщился. Всё правильно, я – Охотник третьего класса. И вечно на третьей позиции. Тут и останусь.

– Ой, – вдруг подпрыгнула на своём месте Мила, – Мы же на Вторжение едем! Вы чего такие спокойные?!

– А чего беспокоится? – флегматично спросил Илья.

– Ну… – Мила даже замялась.

– Это наша работа, – сказал я просто, – Ты привыкнешь потом.

– Ну… – девушка замялась, – Не знаю…

– Привыкнешь, привыкнешь, – согласился со мной Илюха и улыбнулся.

Мила замолчала и начала, заламывая пальцы, смотреть в окно, на улицу. Между тем мы выехали на набережную, где движение было посвободнее.

– Долго ещё ехать? – спросил я.

– Минут пятнадцать, – ответил Илюха и посмотрел в телефон, чтобы удостоверится, – Семнадцать, если быть точным.

– Мы же не успеем… – испуганно выдохнула Мила.

– Да нет, – отмахнулся я, – Там на месте уже есть ребята.