Враг всего сущего

– Замечательно! Может, еще и полы помыть?

– Было бы не лишним, но эту почетную обязанность я доверю  типу, что сейчас занимает мой топчан. Как только проснется, пусть берет тряпку в  зубы. Гэбрил, не отвлекайся, займись делом.

Я взял котел, взгромоздил на колени и стал начищать песком,  ворча под нос. В армии частенько приходилось получать наряды вне очереди, так  что приобретенный опыт оказался весьма кстати. Спустя полчаса котел сиял как  новенький.

Маг взял его в руки и оценил старания по достоинству.

– То что надо, – прокомментировал он, разглядывая  отражение на зеркальном дне котла. – Теперь засыпай в него то, что  принес.

Перемешанные жиры акулы и черепахи, маточное молочко пчел,  толченый корень шушпанчика представляли на редкость вонючую смесь. Даже спавший  дотоле мертвецким сном алкаш заерзал на месте, не вытерпел и продрал заспанные  зенки.

– Мужики, что творится? Дышать невозможно, –  пожаловался он.

– За собой следи, – буркнул маг.

Мужик подавленно крякнул, но все же встал и взялся за тряпку. Мы  с магом тем временем сидели, зажав носы, и наблюдали за метаморфозами,  творящимися в кипящем котле.

– С шушпанчиками повезло, – глубокомысленно заметил  маг. – Свежие попались.

– Угу, – согласился я, хотя не имел ни малейшего  понятия, чем отличаются свежие шушпанчики от несвежих.

Спустя четверть часа жидкость в котле стала пахнуть не столь  отвратительно, а может, мы притерпелись.

– А теперь самое главное, – тихо сказал маг. –  Только вам придется удалиться.

– Почему? – удивился я.

– Потому, что ваш разум недостаточно крепок и я не хочу  рисковать, – туманно пояснил маг.

Ладно, доверимся его профессионализму. Я забрал протрезвевшего  мужика и вышел с ним наружу.

– Гэбрил, побудь в коридоре часик, а потом приходи. Майк,  ты можешь идти домой, на сегодня лечение закончено.

Тип, спавший на топчане, простился и ушел. Тогда я еще не знал,  что в скором времени судьба снова сведет нас при весьма неприятных  обстоятельствах.

«Интересно, ждут ли его дома жена и дети?» – невольно подумал я  и приготовился к мучительному ожиданию.