Враг всего сущего

Я буквально истек кровью, когда меня на носилках доставили к лекарям,  но они, обследовав рану, пришли к выводу, что пациент безнадежен и скоро  умрет.

Один из наших парней был наслышан об Алуре, ему не составило  большого труда уговорить меня попытать счастья у спившегося чародея – я тогда  хватался за любую соломинку. И Алур сотворил чудо. Он сделал то, что оказалось  не под силу врачам: поставил на ноги раненого, которого все списали со счетов.  Вот почему я так привязался к старику, несмотря на все его странности.

Он походил на высохшую мумию с проспиртованными мозгами – одна  кожа да кости. Лицо выглядело изможденным, глазные впадины глубоко провалились,  глаза давно потухли; бескровные губы, острый нос, обвисшие щеки не придавали  красоты и обаяния. Длинные седые волосы давно не знали расчески и были  взлохмачены. Алур носил бороду, но почти никогда ее не подстригал, поэтому  сальные космы торчали во все стороны. Из одежды был только балахон, сшитый из  грубой ткани наподобие мешковины, обильно усеянный жирными пятнами и следами от  грязи; на ногах разбитые башмаки, с подошвами, державшимися на одном честном  слове и веревочках.

Старый волшебник был пьян, но пока не до такой степени, чтобы  совсем отключиться. Он узнал меня, даже попытался привстать, чтобы  поздороваться, но тут силы его оставили, и волшебник беспомощно завалился на  бок. Я помог ему принять исходное положение и сел рядом.

– Как поживаешь, Гэбрил? – Его язык, на удивление, не  заплетался, и говорил маг вполне отчетливо.

– Нормально, – ответил я.

– А зачем пожаловал? Если хочешь, чтобы я залечил тебе  какую-нибудь болячку, то лучше не рискуй, я сегодня не в настроении.

– Нет, Алур, я пришел по другому поводу. Нужен совет.

– Даже так? – Маг выглядел польщенным. – Давно у  меня не спрашивали совета, ты первый за последние пятьдесят лет.

Я рассказал о смерти барона фон Бомма.

– Твой барон умер своей смертью. Чего ты от меня  хочешь?

Я собрался с мыслями и ответил:

– Алур, ты меня знаешь довольно давно. Когда я открыл свою  контору и стал зарабатывать на хлеб ремеслом частного сыщика, то быстро понял:  вещи зачастую выглядят не такими, как на самом деле. Я привык никому не верить и  все проверять. Врачи решили, что барон умер от сердечного приступа.