Михаэль

Если углубиться в причины тишины, многие из присутствующих только и ждали его.

- Так это же совсем юнцы, - воскликнула Валькирия, и в голосе смешались протест, разочарование и удивление.

- По шерсти же видно было, что юнцы. Чему ты удивляешься? - Михаэль отмахнулся, погруженный в размышления о других особенностях.

- Чему? Да никому из них и двадцати нет! Кто в здравом уме отправит молодняк на убой? Детей практически! Или скажешь, что они рассчитывали убить нас таким количеством и составом?

Заместитель кипела и полнилась возмущением и призрением к дерзости, самонадеянности и безрассудности невидимого врага.

- Будь здесь только я или ты, исход мог быть и другим, - очень сухое замечание лишь подчеркнуло его незаинтересованность этим поверхностным вопросом, что могло заставить дочь задуматься, что беспокоит ее отца больше этого. Только пылающие женские эмоции закрыли ее глаза.

- Будь здесь даже одна я, появились бы сложности остаться целой, но явно не шанс распрощаться с жизнью! - взыграла гордость.

- А про тебя... Или жизнь с людьми настолько затупила твои клыки, что кучка неопытных ликан стали смертельной опасностью?

Бойцовская гордость, выкованная участием на протяжении десятилетий в схватках, занимала не последнее место в ее характере, что даже подавила разумную осторожность из-за отсутствия должной практики в течении полувека и поставила ни раз в сегодняшней драке в рискованное положение, стоило ей понять малый опыт оппонентов.

- Успокойся, деточка, - привлек внимание Грегор.

- Вместо бросания вызова отцу, лучше посмотри, как он обеспокоен не менее твоего, хоть опять старается не подать виду, - с долей иронии подметил он. - Михаэль, мог бы поделиться наблюдениями, а не изображать угрюмую статую великого мыслителя. Или забыл, что твои мысли разве только боги прочитать могут?

Замечание вызвало укорительный взгляд главы, но сооснователь не повел и бровью, сохраняя на лице скупую улыбку, будто в его словах не имелось и капли издевки.

Первому захотелось высказать другу о поведении не к месту, но сдался на волю совета.

- Что вы здесь видите? - обратился он ко всем, окинув помещение взглядом.

- Трупы, - скупо отозвалась Валькирия, в коей не до конца улеглось пламя эмоций.

- Что с ними не так?

- Все юны, не достигли двадцати лет, если не считать нашей горничной, - вступила в беседу Мария, вновь привлекая к себе внимание племянницы, что несколько забыла о ней.

- Что еще?

Возникла пауза.