Выживший-5: Зима близко. Том 1

Центральной улицей была дорога, которая вела от моста через Нируду в Монастырь. Поперек шла улица Рассвета – семь бараков, с запасом, стояли на ней. Так, сказать, на вырост.

Но все были заселены. И, надо сказать, строили их на совесть. Прям как я того хотел – чтобы в моем поселении не было домов, построенных «на отвали».

Хороший фундамент из булыжника, скрепленного между собой добротным слоем глины, служил надежной защитой от влаги. Да, воды в грунте было не очень много, но кто знает, насколько сильно разливается Нируда.

Поселение расположилось в считанных километрах от реки. Ожидать можно было чего угодно. А надеяться на то, что простые люди могут дать ответ типа «Да, весной хана Рассвету, смоет все к чертям!» я никак не мог.

Знаний у людей было совсем немного. Но я, хотя память ко мне постепенно возвращалась, не мог похвастаться знанием каких-то особенных технологий. В основном это были игры.

Тот сон я запомнил… А, вот и склад Кирота. Его построили, пока я был в делах в Полянах.

Сон про игры. Далеко не те игры, которыми развлекались местные ребятишки. Догонялки, прятки или метание камушков. Мои игры – живая картинка, как если бы я попытался объяснить это местным.

В голове слово «компьютер» имело четкое представление – прямоугольный экран, на нем – спина героя с мечом у пояса и самострелом. Слева внизу – шкала красная и синяя.

Но игры, как я понял, здесь совсем не главное. Потому что я думал, что Отшельник использовал для оценки моих параметров какую-то игровую систему. Но он по большей части ничего не знал. Мой Учитель оказался бывшим Оружейником.

Мне явно требовался большой Совет, чтобы определить, какие параметры стоит использовать в моей собственной системе. Но об этом чуть позже.

Сейчас я стоял, глядя на растущий двухэтажный особняк, который поднимался чуть в стороне от основной массы строений.

Но улицы Рассвета были грязными. В дождь, который в этих местах проливался с завидной редкостью, пыль превращалась в липкую и мерзкую грязь, в которой вязли не только люди, но и лошади, и даже телеги, несмотря на то, что их широкие колеса бодро грохотали по твердой поверхности.