Свалка времени. Часть 2. Бродяга

Именно в пути у Максима созрел план. Он чувствовал, вернее, точно знал, что к странному предмету на болотах ведет и другая дорога, по которой вполне можно пройти. Или проехать. Но этот поход придется отложить до лучших времен. Знать бы, сколько времени осталось до часа «Ч».

Никитос потянул тормозной рычаг. Дрезина со скрежетом остановилась в знакомом тупике у фундамента, оставшегося от вокзала. Максим уверенно зашагал через кирпичные склады, зная, что здесь ничего плохого произойти не может. На своих спутников он даже не оглянулся.

Максим не стал идти через ракетные шахты, поле и тоннель. Вместо этого он свернул к старым армейским складам, где брал патроны для пистолета Макарова, миновал бетонный забор и спустился в глубокий овраг.

- А что, так можно было, дядя? – спросил Никитос.

- Да, можно. Если надо выйти из Зоны. Но к узкоколейке так не попадешь: противоположный вектор ведет в другое место. Может, где-то есть нужный нам путь, но я его пока не отыскал.

Овраг вывел к идеально круглому, ровному пруду с прозрачной водой.

- Кто это? – выкрикнул Петро. Его голос звенел от страха.

- Мутант какой-то. С ним лучше не встречаться: я его в прошлый раз без головы оставил, так новая отросла. Но если мы пойдем напролом, а не по удобной тропинке, то разойдемся, как говорят моряки, на контркурсах. Эта тварь дежурит прямо на дороге, но далеко не уходит.

Далеко среди деревьев мелькнуло темное, вытянутое тело на двух лапах и голова с метровым клювом. Петро напрягся, но монстр не заметил непрошеных гостей. Он развернулся и, испустив истошный крик, потопал куда-то в сторону.

Перелесок закончился. Максим по тропинке пересек поле, заросшее высокой травой, и наконец-то вышел к периметру. Разрушенные цеха мясокомбината маячили справа сбоку.

- Выбрались! – Максим полез на бетонный забор.

Он помог перебраться Никитосу, потом Петро и последним спрыгнул на землю по ту сторону периметра.

- Окажете мне моральную поддержку? – Максим скорчил умоляющую физиономию. – Пойду сдаваться.

- Кому сдаваться? – не понял Петро.

- Жене. Сейчас она мне устроит промывку мозгов за головотяпство, - Максим коснулся грязного бинта. – Головотяпство в прямом смысле. Да она добрая, только я злоупотребляю ее добротой, вот в чем дело.