Институт. Часть 1. Правила выживания для одиночек

Захлопотали, усаживая на старые телевизоры и разливая по консервным банкам крутой кипяток. Забавно было смотреть, как Тенебриус бдительно следит, чтобы младшие помыли над умывальником руки — железная пыль у них так пристала к коже, что разницы всё равно не видно.

Тут Эва наконец увидела, что было у ребят в рюкзаках. Легче сказать, чего там не было — и книги, и расчёски, и фломастеры, и стиральный порошок, и носки, миллион всякой всячины — и ещё еда. Чай, консервы, макароны, сахар, мука, печенье и масло.

Крысята пищали от радости, толпясь вокруг, но Тенебриус и здесь водворил порядок и теперь распоряжался, что оставить про запас, а что пустить на пир. Эва удивилась: говорил он запросто, вовсе не как командир, и тем не менее крысята подчинялись без вопросов.

Потом хозяева приступили к священнодейству — принялись варить какао, а гостей отвели на самый свежий мусорный склон и предоставили копаться в своём добре. Оказалось, это очень грязно — и очень непросто, того и гляди нога соскользнёт, или какой-нибудь неосторожно задетый холодильник придавит.

Мэл-то с её ловкостью хорошо, а Эва наставила себе столько синяков, что только морщилась.

— Нет, это совсем не моё, всё это железо кругом, — сказала Мэл спустя часа три и уселась, скрестив ноги, на крыше облезлой машины. — Ни травы, ничего — не понимаю, как тут Кусака живёт.

Эва, вытерев рукавом потный лоб, распрямилась и оглядела хаос сломанных, ржавых, грязных, сваленных в одну кучу вещей. Институтские рыскали, точно по полю боя, и между ними фигурка с рыжеватыми — ржавыми — лохмами, в нелепых, широченных штанах, и заклёпки блестят.

— А ей, похоже, тут нравится, — сказала Эва и села рядом с Мэл. — Ох, от меня толку никакого. Я эти его стабилизаторы не узнаю, даже если в руках держать буду.

— А я и подавно, — рассмеялась Мэл. — Да я так просто пошла — лишний рюкзак дотащить. Помощь небольшая, но они всё равно рады.

— Да уж... А как менторы относятся к тому, что мы... так много вещей отдаём крысятам?

Мэл удивлённо посмотрела на неё.

— А как им относиться? Это же наши вещи. Мы их на карманные деньги покупаем.

— Жаль, что я не знала, — от души подосадовала Эва. — Я бы тоже взяла с собой что-нибудь.

— В следующий раз возьмёшь, не переживай. Мы не очень часто сюда ходим, но скоро же Единение.

— Единение?

— Ну да! В конце октября. Это годовщина, когда Федерация первый раз объединилась. Его везде празднуют, ну, и мы тоже...