Институт. Часть 1. Правила выживания для одиночек

И правда, Эва посмотрела на списки учебных групп, вывешенные рядом с расписанием летних занятий для отстающих, и обнаружила между «Брейт, Мэлори» и «Дельстайн, Вирджинния» новое имя — «Вебер, Ланс». В списке будущих третьекурсников значился ещё один Вебер — Райт.

— Интересно, на что он похож.

Им всем на самом деле было интересно — в любой другой день близнецы бы уже фонтанировали взрывоопасным энтузиазмом. Новичков так долго не было, а ведь в таком маленьком коллективе это огромное событие, сулящее развлечение на много дней вперёд! Но после этого изнурительного похода Эва решительно утратила интерес к чему бы то ни было, кроме мягкой, тёплой, удобнейшей постели.

От одной мысли об этом Эве свело судорогой челюсти в приступе жесточайшей зевоты.

— Вы как хотите, но у меня глаза слипаются.

— Точно! И у меня.

— Я продрыхну сутки, точно вам говорю.

Они разошлись по комнатам, и Эва заснула, едва коснувшись головой подушки, самым крепким сном, и проспала до следующего утра. Так что на новичков она смогла полюбоваться только за завтраком.

Они были не очень похожи, но видно, что родственники. Одного роста, Райт пошире в плечах, а Ланс совсем тощий. Ланс блондин, у Райта волосы потемнее, а лицо нахмуренное, и весь он какой-то настороженный, как волчонок. Ланс молчал и казался запуганным.

— Я вижу, аппетит у тебя в норме, — сказал Ярви, садясь рядом с Эвой. — Везучая ты. Мы с Дином на неделе выживания ягод каких-то так наелись, что тошнило пол-месяца.

— И тебе приятного аппетита, — хмыкнула Эва, беззастенчиво откусывая чуть не половину тоста сразу.

— Ой да ладно, не притворяйся барышней, — отмахнулся Ярви, придвигая тарелку с овсянкой. — Ну, как неделя выживания?

— Что, тебя Лу ещё не замучила? Это по её части — рассказывать в подробностях. Наслушаешься ещё. Лучше про новеньких мне расскажи.

Ярви только пожал плечами.

— А что рассказывать? Они тут два дня всего. Я с Райтом один раз только и говорил. На вид ничего... — и он пробормотал тихонько, низко нагнувшись над овсянкой: — Только Эллиэрт не рад.

Эва посмотрела на дальний конец стола. Эллиэрт выглядел, может, совсем чуть-чуть задумчивее обычного. После истории с Долиной Плит при виде него её охватывало мучительнейшее чувство вины.

— А на этот раз что?

— Это ты у него спроси.