Потерянным

В окружении разномастных гераней, щучьих хвостов и алоэ всех форм и размеров, расставленных на подоконниках и на полу, советской мебели и старых обоев эта сцена выглядит комично.

— Доброе утро…

— Если хочешь, можешь помедитировать со мной. Звуки древних мантр облагораживают мысли, очищают ауру и карму, приносят внутреннюю тишину и спокойствие. Звуки Вед несут гармонию и успокоение! — она почти пропевает это, вся такая одухотворенная, размякшая от убаюкивающей музыки и благовоний. Ещё немного, и вознесется, подумалось мне.

Уже воротит от этой благостной атмосферы, настроение дурное, и все эти звуки и запахи, призванные почувствовать, как она говорит, гармонию и покой, только раздражают.

Выходит неловкая заминка, и я, промямлив, что мне нужно в ванную, ретируюсь.

В ванной я долго пытаюсь отрегулировать воду, она идет то слишком холодная, то нестерпимо горячая. Вчера я уснула, даже не умывшись, а сейчас тот бесконечно длинный день струится по плечам и утекает в слив вместе с мыльной пеной, поднимается густым паром и скатывается капельками конденсата по кафелю.

Выключив воду и соорудив на голове тюрбан из полотенца, я прислушиваюсь к звукам за дверью. Со стороны кухни доносятся звуки какой-то передачи, позвякивание посуды, пошаркивание, перезвон подвески с металлическими цилиндрами на окне. Сталкиваться с Хозяйкой неловко, она почти наверняка будет расспрашивать про вчерашний день.

Я зря надеялась улучить удобный момент, чтобы скрыться в комнате, потому что в ванну настойчиво стучат.

— Ох, я думала, ты там утопла! — взмахивает она руками, поджидая меня под дверью. В тесном, заваленном вещами коридоре нам не разойтись, и я стою на пороге, не зная, куда деться.

— Простите, — вяло мямлю её замызганным китайским тапочкам.

—Ничего-ничего, мне из ванной нужен крем… Ой, ну и напарила! — она втискивается мимо меня в ванну, и я, сгорая от стыда, выхожу в коридор. Из кухни слышится восточная музыка, и томный женский голос просит повторять за ним: «Я приношу в этот мир гармонию и счастье», из ванной сквозь шум возни я слышу неразборчивое:

—…нию… счастье… фух!

В коридоре главное не перевернуть одну из составленных друг на друга коробок, вряд ли даже Хозяйка помнит, что в каждой из них.

По клочкам пыли, скопившимся у плинтусов, зацепившимся за углы, можно понять, как давно к ним никто не прикасался и не двигал. В остальном квартира была чистой, заваленной и заставленной бесконечным количеством вещей, но сравнительно чистой.