Семья и Стая

Как можно было настолько очерстветь и утратить последние остатки человечности и сострадания?!

С другой стороны, весьма непросто сопереживать мерзавцам, намеревавшимся тебя прикончить и демонстративно смаковавшим детали предстоящего «веселья». Милосердие, знаете ли, имеет свои пределы.

Скосив глаза, Евгений взглянул на сидевшего рядом Николая, который сосредоточенно грыз ноготь и вовсе не спешил отпускать очередные колкие остроты по поводу их приключений. Безжалостная жестокость творящихся вокруг них событий сумела пронять даже его.

– Перекусить не хочешь? – поинтересовался Евгений просто ради того, чтобы не сидеть в таком гробовом молчании.

Парень повернулся к нему, но смотрел он куда-то вдаль, прямо сквозь собеседника.

– Ты даже не представляешь себе, писака, – заговорил он медленно и глухо, – каких усилий мне стоит удерживать в себе сегодняшний завтрак всякий раз, когда я думаю о том, чем там сейчас Гришка занимается. А ты тут – «перекусить»!

– Да я так предложил… чтобы хоть немного отвлечься…

– А еще он велел нам никуда из машины не выходить.

И я считаю, что нам лучше прислушаться к его рекомендациям. Ты на себя-то в зеркало посмотри! Тебя как будто на помойке подобрали.

Евгений, кстати, и думать забыл о своем внешнем виде. Ведь после того, как тебя возили носом по лесной дороге, о какой-то опрятности рассуждать и в самом деле не приходится. Он оглядел свою запыленную куртку, вымазанные в уже засохшей грязи колени, и был вынужден признать, что Николай прав.

Заявляться в кафе в таком неприглядном виде представлялось неразумным. А то и рискованным – публика и персонал наверняка его запомнят.

Бросив взгляд на парня, Евгений обнаружил, что и тот выглядит не самым лучшим образом. Особенно с учетом того, что, вдобавок к такой же грязи, его одежду покрывали еще и темные пятнышки крови.

– Два сапога – пара, – со вздохом констатировал он. – В таком виде нас даже в сортир не пустят. Ни умыться, ни…

И тут Кассандра вдруг громко и пронзительно взвыла! Настолько отчаянно и жалостливо, что мурашки побежали по коже.

Собака, то того момента спокойно сидевшая на диване, начала метаться по салону, поджав хвост, скуля и подвывая, как будто ее подстрелили.

– Касса, что с тобой?! – Николай выскочил из машины и запрыгнул к ней на заднее сиденье. – Что случилось?!

Он сгреб сестру в охапку, прижав к себе, гладя ее и успокаивая. Было видно, как малышку бьет крупная дрожь.