Сказы нави: "Волчье время"

И не долгая думая примостилась у нагретого бока сосны, подстелив себе под голову клепаную металлом кожаную косуху, выпрошенную когда то у отца и носимую ей в человеческом облике с тех пор практически беспрестанно, отчего куртка во многих местах потерлась, но при этом стала казаться ей еще круче и олдскульней. Перекидываться в волка не хотелось. Рыся вообще предпочитала облик человека, в чем ни раз упрекал ее дядька Андрей. Еще раз зевнув, Рыся закрыла глаза и заснула.

Глава 3

Разбудил ее словно резкий толчок в груди.

Мгновенно вскочив она провела взглядом вокруг. Все было спокойно, но древний инстинкт не мог врать. Она шумно втянула воздух, запах чужаков висел в нем красными флажками. Причем запах шел со стороны логова. Запах чужаков, волчей крови, дыма. Буквально взлетев на верхушку сосны она всмотрелась в даль - со стороны дома пылало зарево пожара, тут ей в нос ударил запах паленной шерсти и плоти. Зрачки ее расширились, глаза в след огню загорелись золотом. Вспрыгнув вниз она скинула одежду и перекинулась. 13 летней девочки больше не было. В сторону логово мчался одержимый яростью волк. Они не прятали лиц. Одетые в камуфляж стояли они по кругу логова. В руках их были чащи кадившие дымом, от которого Рысю словно повело в сон, зрение стало расплываться, а в ушах загудела. Но тут она увидела два волчьих тела с разрезанами глотками лежащими у ворот логова. Она узнала в них Левку и Тимку молодых волков, только в прошлом году ставших на тропу и по молодости поставленные в дозор. Судя по всему они так и не поняли, что с ними произошло. А за воротами все пылало, поджигаемое второй группой чужаков, которые спокойно и методично словно выполняя повседневную работу забрасывали терем и другие постройки бутылками с горючей смесью, взрывающиеся ярко-фиолетовым и словно от боли пламенем. Рыся бросилась вперед. Амок охватившей ее оказался сильнее дурмана. Туман в глаза от дымящихся чаш уступил место кровавой пелене. Один из стоящих в окружение обернулся в ее сторону, но так и не успел ничего сделать. Рыся вырвала ему глотку в долю секунды. Секунду и еще один пал жертвой Рысиных клыков булькая и захлебываясь в собственной крови. Еще мгновение и третий упал с переломанной шеей раняя на себя чащу и вспыхивая словно факел от до этого чадящих в ней углей и трав. Следующий успел достать кривой, зазубренный нож - Рыся вырвала ему руку с ним, перекусив ее в суставе. Мельком промелькнула мысль, - что за странный клинок. Тут ее бог, что то ожгло.