Сказы нави: "Волчье время"

Движимая любопытством Рыся последовала за ними, ей лишь доводилось слышать о совете старейшин и упускать свой шанс побывать там она была не намерена. Малый зал несмотря на название мало чем уступал по размеру большому залу, где собиралась за общим столом по праздникам вся волчья семья и куда Рысю, в отличие от малого зала, который он видела лишь мельком пускали. Камин в малом зале хотя погода была теплая ярко горел, окна отсутствовали как таковые. На стенах висели шкуры животных, мечи, глефы, копья, пару старинных аркебуз.

По среди комнаты стоял массивный стол из дуба, с приставленными к нему к креслами. А за освещение отвечали, несмотря на наличие в логове электричества, расставленные повсюду в старинных канделябрах свечи. Рыся с удивлением рассматривая интерьер встала у шкуры медведя, повешенной на стене вблизи камина, и очень вовремя. Вслед за Федором Лукичем, Илье и Кондратом, в комнату зашли еще трое старейшин - наставник дядька Андрей, прадедушка Ермолай и Рысин отец Игнат, который и закрыл дверь малого зала, не забыв при этом крепко задвинуть засов на двери. Все вокруг расселись по креслам. Одно из них при этом осталось не занято, сиротливо стоя в углу стола. - Грхм - откашлялся Федор Лукич - начиная речь. -Родичи это первая наша общая встреча в этом году, к сожалению, назвать ее доброй я не могу. Как вы видите место Захара пусто. Он и еще пятеро волков из нашего рода пропали за эти три месяца и найти их следы даже на тропе лунного зверя не удается. Людские видоки нанятые нами, также лишь разводят руками. Хуже всего, что Захар вел от нашего имени сношения с другими семьями волков и навьих детей, его безвестное исчезновение может породить много лишних слухов. Поэтому мы вынуждены были обратиться к ведьмам из союзных нам ковенов. Плату за работу они взяли не малую, что впрочем не удивительно, великие матери ковенов поручили работу по моей личной просьбе вещим ведьмам из старух ночи, а все вы прекрасно знаете, что они такое и какую плату за работу берут. На этих словах седой, как лунь прадедушка Ермолай, самый древний из семьи Лютовых, что по словам отца помнил еще прежних богов и князя Вепря, глуха заворчал себе под нос, чуть сжав кулаки. - Знаю, что не дело, батька Ермолай - обратился к нему Федор Лукич - но ведь сам знаешь умелее тебя в искусстве лунного зверя из истинных волков мало кого сыщешь, дальше всех по его тропе ты прошел. Поэтому молодняк, что на путь лунного света встал ты и наставляешь.