Рыжая

Мало ли, может, это пригодится, ― я огляделась, чтобы убедиться в нашем одиночестве, но рядом никого и не было. Рыжая подняла на меня взгляд и склонила голову набок.

Я вспомнила образ Айсэль – в её внешности определённо было что-то азиатское: круглое лицо, курносая, глаза навыкате, даже речь её была какой-то до боли детской, с высокими, почти визгливыми нотками. Щёки налились румянцем, стало жарко — девушка была красива. Я посмотрела вслед лисице и махнула головой, пытаясь согнать эти бестолковые мысли о зависти.

Заблудившись в раздумьях, я совсем не заметила, как на деревню опустился вечер. Начали скворчать сверчки.

―А-а-а-л-я! ― раздался над поляной знакомый голос. Лиса подняла голову и побежала на шум, я тоже только ускорила шаг.

Бабушка стояла около беседки и смотрела на луг. Плутовка подбежала к ней и начала вилять хвостом, скулить, прижиматься к земле — одним словом, подлизываться. Я повесила рубашку на забор, чтобы её никто не увидел.

― Ах вот ты где, рыжая,― вспыхнула бабушка высоким голосом, кряхтя, наклонилась и начала чесать лисицу по голове, плавно спускаясь к спине.

Интересно, что она испытывает в этот момент? Её сознание такое же человеческое или она воспринимает мир как лисица. Я подошла ближе. То, что она подняла голову…могло ли означать, что она меня поняла или просто услышала неясную речь. На дороге оказалась щебёнка, по которой я аккуратно прошлась, стараясь не уколоться — я всё ещё была босиком.

― Да ты ж моя красавица, дитятко, умница, ― сюсюкалась бабушка с рыжей, но как только я подошла ближе, она поднялась и взволнованным голосом спросила.

―Ты чего босиком? И без шляпки? Ты же пошла траву косить? А коса там, осталась. ― Она показала рукой в сторону дома.

― Я-я-я. ― врала я редко и по делу, поэтому мне верили всегда. ― Она побежала в лес, а я за ней, вот и бросила косу.

Бабушка молча окинула нас взглядом и кивнула.

― Хорошо…

― Да мы вроде не так долго, я за ней гонялась немного, а сверчки уже начали беситься, хотя солнце высоко ещё, ― я посмотрела в сторону запада. «Как быстро летит время»: промелькнуло у меня в голове.

― Готовятся к любви,― ответила бабушка и развернулась,― пойдём, я оладий напекла.

Шаги её были какие-то неровные. Она шаркала, ими в галошах, будто устала до такой степени, что не поднимались ноги. Внутри я почувствовала лёгкое волнение.