Целитель 3

Нужно как следует отдохнуть, сил набраться.

То, как Маргарита Робертовна работу принимала, — отдельный балаган. Нос воротила, осмотрела мужчину тщательно. Причем только визуально. Никаких сканирующих техник не использовало. Что разом уронило её авторитет в моих глазах.

Степан Денисович дал рекомендации, что и как дальше делать. Причем потребовал записать это на бумаге, в двух экземплярах и заверить печатью. Ох и шипела на него за это Маргарита Робертовна…

Да уж. Миленькие отношения.

***

Уже когда в машине обратно ехали, вопрос задал, что за отношения такие.

— Деловые, — хохотнул довольный Степан Денисович. — Ты не думай, Олег, что у меня какие-то секреты есть. Хорошему человеку, думаю, ты и сам будешь рад мастерство открыть. Только вот оно упирается в чистоту Масла, так ведь? У меня оно высокое, но и так не хватает. А уж у этой Маргариты, чтоб её, Робертовны, чистота пониже будет. Нет таких уников, как ты. А жаль.

— А разве она не главная целительница в госпитале?

— Главная. Но душа-то у неё жадная, хитрая и меркантильная.

— Да уж, да уж, — покачал я головой.

— Ты прямо как Аристарх, — хохотнул хирург.

***

Аристарх Павлович с интересом слушал рассказ, как прошла поездка в госпиталь. Не далее как день назад целителя вызвал к себе князь. Который лично сказал, что больно дела хорошо пошли в лечебнице. А раз есть что-то хорошее, то надо этим делиться.

Намек был понят правильно. Ещё бы его не понять, ведь после беседы Аристарху Павловичу прямо сказали, что надо наведаться в госпиталь и вылечить одного уважаемого человека.

И вот теперь целитель слушал, как всё прошло.

— Ты знаешь, кто такой Дуб, — делился впечатлениями Степан Денисович. — Боец он знатный, с именем. Убить его основательно пытались и прикончили бы, если бы не парень.

— Что, и в этот раз справился? — сказано это было с нотками веселья, хорошей выдержки.

Обычное веселье оно раз, пришло и ушло. А это веселье — когда долго за кем-то наблюдаешь, думаешь, что ну вот здесь-то парень не должен справиться! А это «здесь» всё отодвигается и отодвигается. Невозможное и от этого завораживающее зрелище.

— Да справился, справился. Но ты всё дослушай, — перешёл хирург на заговорщицкий шепот, закинув в рот закуску.