Великий и Ужасный

З-з-звяк! — у этой твари вместо кожи было что-то типа хитина, это точно!

Первые секунд тридцать я только и делал, что бегал по узкой кишке коллектора, уклонялся, кувыркался и прощупывал монстра. Способ справиться с потусторонней скотиной я просек в тот момент, когда увидел, как тварь прихрамывает на ту самую ногу, в колено которой прилетел лом: суставы, сочленения не были защищены! А значит, именно они и стали моей целью. Я и не думал атаковать страшные горящие глаза или мягкое на вид подбрюшье. Нарублю-ка я паучиных лапок, а? Если чудище не научилось отращивать конечности, как лернейская гидра — головы, то все должно было получиться!

Тварь снова бросилась на меня, но на сей раз я был готов: короткий взмах карда, и из локтевого сгиба одной из рук брызнула кровь.

Снова — красная, как и у церберов! Раздался жуткий скрежет, я даже не понял сразу, что так звучит голос момо. Скорее это напоминало какой-то электроприбор или механическое приспособление. Чудище принялось месить все вокруг своими конечностями, попадая по полу, стенам коллектора, потолку. .. Пискнул и улетел куда-то в сторону один из следующих за мной гоблинов, пара ударов пришлась и по мне — ноги у твари были сильные, крепкие, и если бы не поножи — мне точно отсушило бы икру.

Ну и в грудак прилетело капитально, только кираса и спасла. Но это были мелочи: мне удалось извернуться, улучить момент и зацепить острием орочьей «кочерги» еще один коленный сустав. Скрежет поднялся такой, будто сотня мужчин с ножницами по металлу взялись кромсать листовое железо!

— Ага-а-а! — обрадовался я и ринулся вперед, раскручивая клинком «восьмерку» — как на многочисленных «показухах».

Конечностей-то у монстра было много, но заостренная железяка находилась в моих, а не в человекопаучиных руках! И хромать на две ноги из четырех — куда хуже, чем на одну из двух! Обрушив град ударов на явно пасующую перед моим напором тварину, я сначала заставил момо отступать, а потом мне повезло еще раз — монстр банально споткнулся о лом! И тут уж я не упустил момента: рубанул изо всех сил по третьей ноге и отсек ее ровно посередине! Тварь рухнула на пол коллектора, шевеля всеми руками и ногами и истекая кровью.

Я выдохнул: всё оказалось легче, чем планировалось!

Добивал долго и некрасиво: рубил конечности, потом — добрался и до башки...

— Глазки! Не трожь глазки! — заорал Кузя. — По пятьсот!

Какой, однако, алчный гоблин! Глазки я трогать и вправду не стал — всё-таки это и мои деньги. Рубанул по шее раз, потом — другой...