Великий и Ужасный

Как вспомню — зло берет!

— Это — получится, — грустно сказал Лаврентий.

— Ну, бери тогда, исправляй. — Мне было интересно, что он предпримет, но того, что произошло в следующие несколько секунд, я точно не ожидал.

Турочка взмыла в воздух сама собою, повинуясь одному лишь взгляду Лаврентия, и зависла у него перед лицом. Металл издал еле слышное «тин-н-нь» и как будто размягчился, поплыл. Медь постепенно возвращалась в форму, приданную ей мастером, как будто и не было на нее воздействия железных пальцев идиота!

— Вот как-то так, — улыбнулся Лаврентий.

— Проблема заключается в том, что я ничего особо больше и не могу. Я — пустоцвет.

— Нихрена себе — пустоцвет! — Я пятерней выхватил турочку из воздуха и принялся ее осматривать на предмет поврежений. — Ты — чертовски хорош! А что еще можешь? Из того, что «не особо?»

— Я же говорю — почти ничего. Телекинез, взаимодействие с материалами до килограмма массой на расстоянии до двадцати метров. Такой вот хреновый маг.

— Так это! Можно ж пистолеты там, гранаты.

.. — Я осекся, увидев скучающее выражение его лица. Он же был опричником! — А! Этим и занимаешься, да?

— У меня бой с Ермоловым. Дуэль из-за дамы. Он — мощный темный, сотрет меня в порошок. Единственный шанс — отрубить магию нахрен, — решительно сказал он. — За тем к вам и пришел. Если выдержу хотя бы один удар — то я ему наподдам.

— Вот как! — Я отпил кофе и задумался. — То есть ты уверен, что на кулачках уделаешь его?

— На кулачках — нет. На мечах — вполне.

Ермоловы последние пару поколений слишком мало внимания уделяют благородной стали, Клавдий — не исключение. Боевой маг, каких поискать, но меч носит только для проформы. Потому и поплатится... Поможете мне?

После того как он починил турочку — как я мог ответить ему отказом? Но предупредить был обязан:

— Я понятия не имею, сработает ли это, и вообще — как оно действует. Это не будет классическая татау урук-хая. Я не могу взять на себя ответственность и сказать: вот в таких условиях на такое время ты будешь защищен от магии.

..

— Я понимаю. Вы — ученик, многого не усвоили. Но я видел эффект от вашей работы, и это впечатляет! Делайте. Я в долгу не останусь... Если жив останусь, — грустно скаламбурил он.

— Жди здесь, схожу за стилом и колорами. И дверь закрой, а то знаю я их — проглоты! Жрут хот-доги, как будто внутри черная дыра!

— Хот-доги? — заинтересовался Лаврентий.

— Сделаем дело — угощу тебя! — Во мне проснулся дух авантюризма.