Красный поводок судьбы

Не выдержав, я попросила проходящую мимо девушку сфотографировать нас. И глядя с каким удовольствием она это делает, не удивилась бы, попроси она меня сбросить и ей фотографии. Но нет, не попросила. Только как-то нехотя вернула мне телефон и, постоянно оборачиваясь, пошла дальше.

- Мне интересно, лорды, вы и в своем мире девушек с ума сводили?

Вэлант удивленно посмотрел на меня, а Роан наоборот снисходительно улыбнулся. Ну, с ним все понятно. К женскому вниманию привык. А Вэлант почему так реагирует?

- С чего вы сделали такой вывод, Дана?

- Да ладно.

- Я не был популярен у девушек. – Несколько удивленно ответил Вэлант, словно мой вывод о его привлекательности казался ему странным и необоснованным. - И не особо с ними общался, если честно. Мы с учителем жили уединенно и достаточно далеко от других. А в замке драконов встретил только двух служанок, но, по-моему, вызывал у них скорее чувство страха.

- Странные девушки, - пробормотала я.

- Женщины всегда находили мое общество…приятным. – И вот зачем столько самодовольства в голосе?

- Даже не сомневаюсь, лорд Роан. – Я опустила голову, чтобы он не заподозрил в моей улыбке насмешку.

- Собственно, я это к тому говорю, чтобы вы, пока находитесь здесь, девушек не обнадеживали своим вниманием. Совершенно ни к чему оставлять после себя разбитые сердца и внебрачных детей.

- Дана! – Какое возмущение.

- А вот не надо так возмущаться. Я сказала, вы услышали.

По-моему, на меня обиделись. Дальше мы шли в тишине, но я прямо чувствовала волны недовольства, которые накатывали на меня с двух сторон. Но меня такими вещами не проймешь, я же с творческими людьми работаю. На работе порой такие истерики случались, по сравнению с которыми, два надутых иномирянина – детский сад. Так и дошли до галереи. Купив в кассе билеты как в галерею, так и на фотовыставку, я подхватила двух все еще надутых, словно индюки мужчин и подвела к входу.

Тяжелая дверь неторопливо раскрыла свои объятья, и перед нами открылся белый мир, чья почти невыносимая белизна была рассечена металлом и зеркалом. Создавалось впечатление, что белое нечто разрезали и в прорезях на нас смотрел удивительный мир картин.