Хроники Сьёррердаля. Замок иллюзий.

Навстречу им коридоре вышли двое – мужчина и женщина. Оба в плащах и дублетах, у обоих пояса с ножнами и мечами. На руках у них виднелись одинаковые золотые кольца. Бледные, высокие и с тёмными волосами. Самодовольные лица, хитрые взгляды. Они остановились перед Эльвель и церемонно поклонились. Сьёрд сразу напрягся, поскольку тут же их узнал.

- Позвольте представить вам моих новых телохранителей, которых я наняла незадолго до вашего появления в Офелко, - улыбнулась Эльвель. – Йонерь и Урийна. Они будут помогать вам в общем для всех деле, которое лично для меня имеет особенное значение.

- Неужели? – совсем не искренне удивилась Дильчия.

- Мы ещё изучаем эту науку, но надеемся в полной мере её познать, - вежливо, но всё также самодовольно произнёс Йонерь.

- Это будут ваши союзники и коллеги, - сообщила хозяйка замка Офелко. – Это Дильчия из Дома Второго Дыхания и её спутник… Как вы сказали вас зовут?

- Сьёррердаль из Навельвилля, - представился алхимик самостоятельно, положив одновременно ладонь на рукоять своего меча.

Перед ним стояли двое учеников Моткето.

- Итак, что я доложен знать? – спросил Сьёрд тоном, не допускающим возражений или двусмысленности. – Давай обо всём и сразу, чтобы больше не было сюрпризов.

Они встретились с Джорононенди сразу после того, как повидали учеников Моткето. И имели с ними не самый приятный разговор.

Пожилой учёный уже успел отправиться осмотреть местный сад в компании Дерериса, который не доверял ему и потому не хотел оставлять одного.

- Я ведь не могу знать, где находятся все ученики и сторонники Моткето, - оправдывался Джорононенди, сидя на лавочке. – Мы ведь с ними разделились во время наших поисков. Что ты вообще от меня хочешь?

- Я хочу знать то, что может понадобиться мне на этом острове и вообще всё, - пояснил Сьёрд. – И в особенности об этих двоих, так внезапно появившихся на моём пути.

Ещё в Влерте Джорононенди согласился сотрудничать с Домом Второго Дыхания и, конечно, прежде всего он был ценен как информатор. По его собственным словам, у него имелось достаточно оснований для личной неприязни к Моткето – их расхождения в научных вопросах, а также обида и злость за всё то, что случилось в Цантерии. И, конечно, несогласие Джоро с тем, как Моткето руководил их оставшимися учениками в Забытом Крае.