Пробуждение дара

Через деревянную стену уже совсем просто получается! А наружные стены между домом и флигелями – каменные. Вот там надо попробовать! А ещё – насквозь пройти огромное растущее дерево! Когда снова в лес пойдёт. В парке таких старых деревьев не росло.

Лёвушка нарисовал жёлтое солнце с лучиками и голубое небо с небольшими белыми облаками. Пусть шёл дождь, что из дома не выйдешь, а у него настроение было хорошее, он ждал назавтра отличной летней погоды. Маменька учила их рисовать с натуры – деревья, дом, ограду. И по памяти тоже.

Но это сложно, как уроки. А самому для себя хотелось чего-то полегче, чтобы казалось игрой.

«Как это у Лизы получается заставлять зверей исполнять её желания? – думал мальчик.

Он после того представления в лесу несколько раз пробовал принудить уличных котов подойти к себе. Те подходили, но чтобы потереться об ноги и мяукнуть на всякий случай – вдруг им чего-то вкусненького дадут. Но они так же подходили, когда Лёва их не звал. Непонятно, слышали они его мысли или нет. Вот на белочке бы попробовать, как Лиза.

Белка точно сама в руки не пойдёт.

Данечка самозабвенно малевал человечков, головами похожих на черепа скелетиков, худеньких, как червяки, на длинных, тонких, в одну линию ножках. Лёва подсказал ему, как нарисовать ручки, чтобы все человечки держались за руки, раз уж рядышком стоят. Даня обрадовался, засопел, старательно соединяя ручками нарисованный хоровод.

Софья Петровна под шум дождя, сидя в мягком кресле библиотеки, наслаждалась чтением. Странным образом, на прошедшей неделе, с началом перерыва в занятиях и с уменьшением забот о порученной ей для воспитания девочке, она почувствовала, будто внутри у неё растаял мерзкий ком, собравшийся многолетними неурядицами, омрачавший ей жизнь.

На душе стало легко, ничего не раздражало, даже этот непрекращающийся дождь и невозможность выйти из дома.

Даже книгу она взяла почитать просто для отдыха, вспомнить юные года, когда читала её впервые – «Повесть о приключении Георга, английского милорда, и о бранденбургской маркграфине Фридерике Луизе».

Никаких философских рассуждений и вольнодумства, простой авантюрный роман с приключениями, с историческими ошибками, написанный не для изысканного вкуса дворян. Но Софья Петровна впервые за долгие годы почувствовала себя раскрепощённой. Перечитывая забытые страницы, с удовольствием ловила все намёки на романтические отношения.

Няня тоже в это дождливое воскресенье находилась одна. Но она, напротив, была грустна.