Иллюзия страха

Максим, они найдут его!

— Марк, — в который раз повторил Иван и положил руку на плечо друга.

Ни один не хотел уступать. Сверлили друг друга взглядами, но все же Голицын отпустил Морозова и, развернувшись, пошел прочь.

— Ты был неправ, — бросил едва поспевающий за ним Ворон.

— Может и так, но это не отменяет того, что он говнюк.

— С этим не поспоришь, — усмехнулся Иван. — Бахнем по кофе и дождемся наших. Не парься из-за отморозков, они того не стоят. Ты попал в яблочко. Этот теперь будет крутиться в Правлении и когда-нибудь сядет в кресло отца или рядом.

— Тогда нас ждут тяжёлые времена. Дай дебилу власть, и он разрушит все до основания, — зло выплюнул Марк.

— И с этим не поспоришь, — вздохнул Ворон.

***

Тем вечером Марк оставил их с Лизой на попечение Софьи Эдуардовны. Эта властная дама провела им экскурсию по особняку, рассказывая об истории семьи и горделиво показывая древние китайские вазы, которые, возможно, видели династию Минь.

Маша с Лизой чинно ходили за ней, кивая и стараясь вести себя как благородные леди, но получалось плохо.

Поселили девушек в гостевых комнатах напротив друг друга. Маша долго не могла уснуть, хоть ложе и казалось королевским, белье вкусно пахло, а подушки и одеяла были мягкими и лёгкими. К счастью, в ночи пришел Марк и улёгся рядом, нагло притянув ее к себе. В его крепких объятьях она моментально провалилась в сон.

Маша долго лежала в кровати и тупо пялилась на стену напротив. Зачем в гостевой комнате повесили на стену сабли и скрещенные копья, она не знала. Наверняка, это оружие видело царя Дария или Юлия Цезаря.

Наконец, Маше надоело валяться, да и, скорее всего, по мнению Софьи Эдуардовны, это было невежливо. Поэтому приведя себя в порядок, Маша спустилась вниз, где в столовой Лиза уже уплетала оладушки с душистым вареньем, нахваливая мастерство личного повара Голицыных.

Работников у них было достаточно: повар, две горничные, садовник и человек-оркестр, который занимался всем подряд: от замены лампочек до слесарно-столярных работ. Все сотрудники были из слабых акудзин, но, надо отдать должное Голицыной, она не общалась с подчинёнными свысока, напротив, она лучилась неподдельным дружелюбием, общалась исключительно на вы и интересовалась здоровьем и делами подчиненных.