Двери закрываются

– Это где?

– Хвост Большой Медведицы, – Ваниль всё смотрела вперёд.

Пояснения не требовались. Ничего себе, как далеко… оторопел Мэтт. 

Когда-то в детстве он спрашивал сестру Кэтрин, почему люди не летают к Большому ковшу в небе. Он же такой огромный, в полнеба, и так близко. Самолёты уходят в рейсы, и так похожие на них космические шаттлы пускаются в разноцветную тёмную млечность. Неужели они не долетают до звёзд? Кэтрин в ответ лишь смущённо отвечала:

– Может, когда-нибудь мы и к Ковшику полетим.

Вдруг туда полетишь именно ты, Мэтти?

Вот и полетел, поёжился Мэтт.

Гвоздика выждала пару минут на станции Мэдоубрук, пока все, кто не желает сгонять на другую планету на чашку чая, не вышли из поезда, и тронулась далее – ловить под колёсами струну.

– Прикрой глаза, – улыбнулась Мэтту Ваниль, после чего нажала кнопку микрофона и произнесла в него:

– Перелёт начинается.

Она что-то нажала на приборной панели и устремилась в тоннель, ожидая, когда звёздный свет унесёт её, Мэтта и Гвоздику на миллионы вёрст вперёд.

* * *

– Alta Caλzejonia.

Всю дорогу через Труффало Мэтт доставал Ваниль расспросами – а она, кажется, была этому только рада. Мэтт интересовался, не владеет ли она магией, на что передатчик ответила утвердительно. «Да, дружок, я чудак». Он даже пытался узнать, не научит ли она его парочке-другой трюков, но в этот раз столкнулся с неудачей. Она сказала, что сейчас не хочет никого учить, так как постоянно пропадает на работе – и ладно бы это было в одном городе или стране.

Ведь когда тебе через пару часов надо оказаться в сотне световых лет от Земли, а вечером – и вовсе в двадцати миллионах световых лет от неё, то даже элементарно договориться о времени и месте потенциального урока может быть проблемой. «Иногда кажется, что я живу в электродепо, причём сразу в четырёх,» – описывала она свой типичный рабочий день.

Они болтали до того момента, когда Ванили не довелось вновь включить микрофон и произнести в него заветную фразу «Перелёт начинается».

…Поезд замедлился и остановился на ещё одной неизвестной станции – и она уже не была похожа ни на английские, ни на станции из Труффало. Мэтт увидел через окно краснокаменные своды, словно в каком-то римском сооружении.

– Мы в Кидонии, дружок, – сообщила Ваниль.

Мэтт в один миг повернулся к ней.

– Кидонии?

– Да. Удивительная страна. Тебе нужно будет выйти на следующей станции. 

Поезд вновь тронулся.