Двери закрываются

Она такая милая и непосредственная, сама невинность  – если опустить тот факт, что ей с виду лет 30 или даже больше. Рядом с ней Мацуи периодически казалось, что не совсем умный и слегка сумасшедший подросток-восьмиклассник тут точно не он. И если та магия, которой она в итоге хочет его научить – это постоянно сходить с ума и попадать под машины на ближайшем перекрёстке, то тогда он точно пас.

Волшебница пыталась что-то ему рассказывать, но Мацуи делал вид, что ему безразлично.

А вдруг отвернусь, перестану на неё реагировать, она убежит или испарится, а потом обязательно дичь начнётся? Было уже подобное, буквально вчера, помню же. Не сам ведь я это выдумал? Снова Англия перемешается с Японией, потом земля под ногами провалится, а у меня в решающий момент атрофируется мозг, и на помощь никто не придёт.

– ...Ну и про что я только что говорила?

– Про свою волшебную херню, как и обычно.

Волшебница насупилась.

– Опять ты меня не слушал?

Мацуи пнул валявшиеся под ногами листья.

– Я просто вспомнил одну дурацкую ситуацию с вашим участием и не могу понять, действительно ли она вчера произошла или мне приснилось. 

Он встретил её вопросительный взгляд.

– Какую ситуацию?

А вот этого не надо.

– Да ладно, не имеет значения.

Волшебница выбежала вперёд, глядя мальчику в глаза.

– Для магии всё имеет значение, солнышко! – она взмахнула руками, выпустив золотистые искорки, – Это знавают на любой планете, докудова летают старчейзеры.

Блин, господи...

– Вы мне за столько времени так и не ответили на один вопрос: зачем мне вообще учиться магии, если я родился на Земле? – Мацуи саркастично развёл руками, – На Земле, в мире полного порядка.

Ведь на Земле ей не место, так? Земля – это мир, в котором магия невозможна, да и бесполезна. Нет ни колодцев желаний, ни хрустальных туфелек, ни зубных фей, ни, чёрт побери, Санта Клауса, ни бесконечных жизней, ни точек сохранения и перезагрузки, ни безлимитного запаса боевого инвентаря.