Запятая Судьбы

— Он на несколько мгновений прикрыл глаза и повернулся к Рыжему. — Эрик, я не целитель, но как по мне — его надо срочно переправлять. Если бы не печать Агентства и риск привлечь их внимание, я бы сделал это прямо сейчас. Я сомневаюсь, что вы сможете нам помочь…

— Не трынди, — небрежно отозвался Эрик. — Сюда едут две оригинальные личности. За завтрашний день они отыщут вашего блудного брата и утащат этого страдальца через Рубеж. А я останусь здесь и вместе с тобой разберусь со всем, что требует грубой физической силы.

Мелкий вновь попытался подняться и закашлялся.

— Эрик, значит, ты…

— За меня не волнуйся. Домой хочешь?

— Да.

— Вот и молчи. Вит, я так понимаю, нужно какое-нибудь хитрое шаманство?

— Куда ж без этого?

Вит поочерёдно извлёк из карманов безрукавки компас и упаковку стерильных медицинских игл, ловким жестом вскрыл одну и быстро ткнул в подушечку безымянного пальца Мелкого.

Алая капелька упала под крышку вещицы прямо на указующую стрелку и моментально впиталась в краску.

Затем Вит со вздохом стянул с безымянного пальца правой руки кольцо и повторил процедуру, на этот раз постаравшись попасть кровью на гравировку. Гравировка, вобрав в себя часть сути нового хозяина, поплыла и сменилась на букву «М». Командир Братства осторожно надел кольцо на палец лежавшего и отдал ему компас.

— Держи, теперь он настроен на тебя.

— Спасибо, — прошептал мужчина, сияющими глазами глядя на Вита и Эрика.

— Только не забудь вернуть мне всё это барахло.

Я к нему привык.

***

На просторной кухне, за длинным белым столом, сидели четверо. Эрик, так и не снявший свою хламиду, с бодрым видом пил ледяное вишнёвое пиво. Вит закинул босые ноги на пустой стул и задумчиво пускал дымные колечки в потолок. Напротив командира на самом краешке стула устроился тощий как щепка мужчина средних лет с кислым лицом. Он через равные промежутки времени отпивал коньяк из пузатого бокала. Жизнерадостный толстячок, расположившийся по соседству в уютном кресле, заботливо перенесённом из гостиной, активно разделывался с жареной куриной грудкой под бутылку красного вина.

Всё это безобразие, по мнению Эрика, называлось «советом». За окном занимался рассвет, женщины и хозяин квартиры ещё спали, а «оригинальные личности», прибывшие первым рейсом, жаждали действия. И позавтракать.

— Руди, коньяк с утра — это пошло, — жуя, заявил толстяк. Против ожиданий, у него был красивый глубокий баритон.