Запятая Судьбы

— Мы не любим каменные мешки, но путь всегда короче, когда в конце его встречаешь друга, — пророкотал Яр, низко кланяясь остальным. — Ночь только вступает в свои права, сегодня большое дело. Надеюсь, что слова-на-ветру принесут плоды.

В этом были все оборотни. Любые обсуждения и разговоры они почитали бессмысленными, покуда они не подкреплены делом.

— Слыхал, прах Француза не так давно смели со стола собраний кровососов? — Яр ухмыльнулся. — Твоя работа?

— Отчасти, — не стал спорить Светлов, — но главное ещё предстоит.

— Не скажу слова против.

Воин осторожно толкнул Александра в бок и кивнул на сгущающийся по сторонам улицы туман:

— Охрана прибывает.

— Не только, — задумчиво ответил Светлов, окидывая взглядом Тринадцатую линию.

— Ты думаешь, что…

— Уверен. Это событие он не пропустит.

Ночь окончательно накрыла город чёрным покрывалом. Оранжевый свет фонарей стал ярче, и в этом свете к крыльцу Агентства подъехало семь автомобилей с наглухо тонированными стёклами.

Первым, как и полагается тому, кто назначал встречу, вышел падре Бэрринг.

Вслед за ним «катафалки» покинули и прочие главы кланов и семей.

— Я рад приветствовать участников столь важного события в судьбе наших родов и счастлив, что сия встреча состоялась, — произнёс Андрэ, подходя и отвешивая поклон. Яр помедлил, меряя вампира взглядом, и медленно склонил голову. Серебряные пряди в его буйной огненной гриве сверкнули в неверном искусственном свете.

— Первый Волк приветствует старшего из Детей Каина в этом Городе, — эхом отозвался на движение Влас.

Покуда договор не был заключён, со стороной противника мог говорить только голос Стаи.

Бэрринг ответил оборотню столь же внимательным осмотром. На фоне идеально сидящего костюма льняное полотно и меха одеяния Яра смотрелись… внушительно. Подчёркнуто «цивилизованный» стиль вампиров всё же проигрывал небрежной естественности оборотней. Андрэ тонко улыбнулся и кивнул какой-то своей мысли.

— Остался последний, — пробормотал Палач, и словно бы в ответ на эти слова в сумерках разлился тягучий звон колокола.

Один удар. Второй. Третий… После одиннадцатого на улице показалась высокая широкоплечая фигура. На то, чтобы достичь собравшихся, ей потребовалось не более минуты. Сегодня отец Димитрий пренебрёг каноничными одеяниями священника. Кожаный жилет и портупея с кинжалами освящённого серебра на голый торс, простые штаны и армейские ботинки — вот и всё, что составляло костюм могучего старца. Нет, ещё одно.