Запятая Судьбы

Три к одному, что дорабатывать напильником данные придётся тебе. Витольд, после того как они очистят базу и заложат заряды, у тебя будет пятнадцать минут. Всё, за работу.

Ровно в пять утра «Газель», плотно укомплектованная оперативниками и техникой, двинулась в сторону Луги. Воин походил вокруг оставшейся машины, попинал колёса, заглянул в кузов и цыкнул зубом:

— Вот же твою мать! Братцев-акробатцев забыли. Ладно, как проспятся, поработают с нами в поле. Будет им вкусная строчка в послужной список. Авось ещё и пополнят состав моего отдела.

От базы подошли оставшиеся оперативники из группы Витольда: Гвен и Гаури. Оба работали в Агентстве по десять лет и были надёжными профессионалами в своём деле.

— Старший, всё готово, — рапортовал Гаури, низенький скуластый мужчина неопределённого возраста. Его часто принимали за китайца или японца, на что тот уже привык не обижаться. Дело обстояло несколько хуже: Гаури был чистокровный чукча. По поводу анекдотов с национальной подоплекой у него с Воином в своё время состоялся довольно жёсткий диспут, после которого Гаури старался как можно чаще работать вместе с начальником отдела: перенимал боевой опыт.

Воин ухмыльнулся.

— Молодцы-бойцы. Витольд, ты не против, если я поприсутствую при твоём «обнюхивании»?

Мужчина пожал плечами:

— Да сколько угодно.

— Вы о чём? — заинтересовалась Рива, подходя ближе.

— К слову, девочке тоже будет небезынтересно посмотреть на использование нелюдей в полевых условиях.

— С окрестных деревень зрителей будем собирать? — мрачно поинтересовался Витольд.

Воин картинно задумался на несколько секунд, потом вздохнул:

— Рановато, пожалуй. Их же будить придётся…

Витольд молча повернулся и зашагал к КПП. Воин подмигнул Риве, махнул рукой, мол, «давай за мной», и отправился следом. Когда они вошли на базу, Витольд уже избавлялся от последних деталей одежды. Рива и Воин окинули взглядом мощную фигуру старшего оперативника, девушка — заинтересованно, начальник отдела — ревниво.

— А зачем… — начала Рива и осеклась.

Мышцы мужчины вздулись толстыми канатами, спина изогнулась под немыслимым углом. Раздался отчётливый влажный хруст: кости и хрящи изменяли положение, предусмотренное матушкой-природой. Вдоль позвоночника от загривка пробежала дорожка быстро густеющей шерсти. Из горла Витольда вырвался хриплый возглас.

— Это хорошо, что он спиной стоит, — меланхолично сказал Воин, наблюдая за расширяющимися зрачками побледневшей девушки, — анфас это выглядит гораздо хуже, поверь.