Ученье Свет - Только объясните это темным

Ника застыла, забыв и про мед, и про варенье, и про немытые чашки:

— Бабушка, но куда же я поеду? И почему мне нельзя с тобой?

— Поедешь в N, поживешь в квартире родителей. Я тебе в маленькую сумку положила ключи, записку с адресом и деньги, а в большую собрала вещи и все, что может пригодиться на первое время. Поступай в университет, как и планировала. И еще... — Бабушка взяла ее за плечи и взглянула ей в глаза. — Не вздумай сюда возвращаться. По крайней мере, в ближайшие пять лет.

Увидев, что девушка готова разреветься, Надежда Васильевна порывисто обняла внучку, прижала к себе и погладила по голове:

— Ну же, Никулечка.

Расставаться не страшно. Я буду тебе писать. И ты ко мне обязательно приедешь. Только обещай, что не раньше, чем отучишься хотя бы год. Ты бы все равно через месяц уехала учиться. Зачем так переживать? Подумаешь, расстояние между нами будет чуть больше, — тут бабушка щелкнула ее по носу и вытерла с ее щек слезы. — Или я все-таки освою этот ваш Интернет, и будем с тобой общаться по этому, как его?

— «Скайпу»?

Надежда Васильевна кивнула.

Ника сквозь слезы улыбнулась и крепко-крепко обняла бабушку. Во всем мире не было человека родней ее. Она любила маму с папой, но они приезжали редко, на пару дней, чтобы привезти денег, засыпать подарками и опять уехать в очередную экспедицию. А бабушка всегда была рядом с ней. Лечила от простуды, рассказывала на ночь сказки. Гоняла веником соседских пацанов, когда они дразнили ее за тощую фигуру и выпирающие ребра и коленки. Отчитала учительницу в школе, когда та вздумала занижать ей оценки за обнаруженную у себя в столе жабу.

— Я тебя люблю, очень-очень.

Надежда Васильевна погладила внучку по голове, окончательно растрепав косу, и произнесла голосом, надломленным от переполнявших чувств:

— Я тоже люблю тебя, Никулечка.

Они постояли так минуту, потом разом отпрянули друг от друга. Надежда Васильевна обошла комнаты, проверяя, все ли взяла из того, что можно унести в руках. Ника не пошла за ней, боясь, что не совладает с чувствами и заревет, схватила сумки, вынесла их во двор.

Барбос зевнул во всю пасть.

— Бабушка!

— Здесь я. — Надежда Васильевна вышла на крыльцо, провернула ключ в замке да так и оставила торчать в дверях.

— А как же он? — Ника указала на лениво взирающего на хозяек пса.

— Возьми с собой. — Женщина неопределенно повела плечом и схватила тяжелый старый чемодан. — Или не бери. Будет только о прошлой жизни напоминать. В селе он не пропадет, кто-нибудь обязательно приютит.