Покров-3. Чарусы

Ты вообще где?

– Я тут недалеко, у Васильевского ручья. С Изюмом гуляю. А что, что-то случилось?

– Да к отцу Павлу в дом кто-то влез. Напакостил. – За голосом отца слышались какие-то стуки-скрипы. И чьи-то голоса.

– Этот святоша когда-нибудь научится двери запирать? – процедила Василиса, едва удерживаясь на крутом спуске с очередного холма.

– Во-первых, не дерзи, – строго сказал отец. – А во-вторых, у него всё было заперто. Вскрыли.

– И что, сильно нагадили? – виновато спросила Василиса.

– Стены непотребствами и угрозами исписали.

Посуду побили, вещи повыкидывали.

– Ничего не взяли?

– Что у него брать-то. Хотя кое-чего добавили.

– Как это? – Василиса изо всех сил старалась не сбить дыхание, потому что Изюм отчего-то взял весьма неслабый разгон.

– Да ловушка была над дверью. Ведро с отходами. Если бы он перед входом не затормозил, чтобы перекреститься, попало бы на голову. И убить могло.

– Ужас какой, – пробормотала Василиса. Она от этого монашка, конечно, не была в восторге. Но это же человек, который, в общем-то, никому зла не сделал.

И кто-то, похоже, всерьёз задумал его извести. – Ты там сейчас?

– Да, помогаю всё убрать. А то он вообще меня звать не хотел – мол, кто-то пошутил неудачно.

– За такие шутки на суку́ вешать надо, – злобно выдала Василиса, в который раз поражаясь нелепости священника.

– Ты следи за словами, ладно?

– Я сейчас тоже приду.

– Давай, – вздохнул отец и завершил вызов.

Василиса ещё прибавила шаг и, разумеется, чуть не упала, споткнувшись на первой же кочке.

Набережная ручья показалась, уже когда совсем стемнело. Хорошо, что там горело несколько фонарей – хоть на светящиеся шарики можно было ориентироваться.

Уже по вечернему холодку Василиса добралась до дома священника. Оставив Изюма во дворе играть с Бобиком, перепроверила все калитки – они были нормально закрыты. А то убежит собака, где её потом отыщешь.

На стук во входную дверь никто не ответил, хотя окна дома светились, и оттуда доносились голоса. В который раз поругав священника за отсутствие звонка и невнимательность к тем, кто приходит, Василиса потянула на себя дверь.

В нос ударил резкий запах деревенского туалета. Видимо, ведро было прикреплено прямо над порогом. И теперь все сени жутко провоняли.

– Можно войти? – прокричала Василиса в дом. Пусть хоть посмотрят, как ведут себя порядочные люди, заходя в чужое жилище.

Дверь в дом открылась, и на Василису грозно глянула Ядвига Мстиславовна.

– Тебе чего тут? – подозрительно спросила Зоина бабушка.