Из глубин

Но Таубанская принадлежала будто другому, тайному миру – хранительница нездешних призрачных грёз, переменчивая, как и они. Лунева же сложно было заподозрить в чём-то подобном: лицо его ничего не выражало, разве что немного замешательства, обычного для создавшейся ситуации.

Кивнув несколько раз Георгу, Лунев неловко двинулся было в сторону комнат, но тут же столкнулся с вновь появившейся из-за шкафа Никой. Им удалось разминуться, но секунду они стояли один против другого, и в этот момент проскользнуло что-то странное – будто сталь клацнула в воздухе и тут же исчезла.

Мечеслав так и не понял, что там произошло.

Лунев хотел было что-то сказать, но, видимо, передумал и, только выдавив из себя улыбку, проскользнул мимо Ники в комнаты.

Ника чему-то кивнула и быстро подошла к зеркалу, на ходу застёгивая длинный светлый плащ.

– Там тепло, Слава? – спросила она.

– Относительно… Но ветер, а к ночи, думаю, похолодает.

Она снова кивнула:

– Ну, идёмте.

Они вышли на узкую площадку около лифтов. Георг захлопнул дверь и потянулся за ключами.

– Не надо её закрывать, – встав у окна, Ника что-то разглядывала внизу на улице. – Пойдёмте быстрее, там трамвай, – и она вприпрыжку спустилась по лестнице.

Площадка была в центре Ринордийска, только чуть в стороне от Главной площади.

Тут уже собралось много людей – очень разных, но, если присмотреться, они подходили друг к другу, как костюмы и расписные маски из одного спектакля: статисты в ожидании главного появления. Они задирали головы и смотрели в стемневшее небо над верхушками зданий, хотя никто ещё ничего не запускал.

По краям площадки стояли большие чёрные репродукторы, и неразборчивый голос уже что-то вещал через них. Мечеслав прислушался внимательнее, но за помехами и тихим говором людей всё равно не разобрал.

– У меня выдаётся не так много случаев бывать в центре, – по-деликатному негромко заговорил Георг. – Кажется, сегодня тут расстарались.

– Да, сделали хорошо, – отозвался Мечеслав.

Он подумал сейчас, что на северо-западе никогда не устраивали таких праздников: чтоб все пришли, собрались в одном месте и смотрели бы на что-то, что им, только здесь и теперь, покажут, или просто веселились бы все друг с другом.

Ведь тогда многие бы не успели добраться через болота или не смогли бы присутствовать по другим причинам, это бы их обидело и только усугубило бы разделённость. Зато там запускали ночное сияние, и в праздники маленькие цветные огоньки разбегались по проводам от дома к дому.