Жизнь глазами Альки

Дружить с тем, кто неожиданно явился ко мне в один из вечеров, не хотелось. Этот, безусловно, наглый тип, мало того, что вздумал угрожать, презрительно щуря свои голубые глаза, так ещё удумал взгромоздиться на стол, за которым я работаю. Кроме всего прочего, его внешность наводила мысли об эльфах, а у меня к ним изначально сложилось противоречивое отношение. Холодная красота и высокомерие. Извечная отчуждённость, застывшая в обманчивой хрупкости.

И невероятно трудно изменить что-либо в лучшую сторону, когда не прекращаются угрозы и странные выходки.

Правда в таких случаях даже день мира кажется, чудом и начинаешь испытывать странную благодарность и симпатию даже за это.

Делают ли такие моменты проще мою жизнь? Нет, они её усложняют. А поцелуй и неожиданное признание со стороны этого невозможного существа усугубляет ситуацию донельзя.

Всё потому что лишь один единственный незабываемый раз я прошла путь к абсолютной гармонии через ненависть и любовь. И мне не хочется повторять этот опыт. Не нужно.

И всё же мной овладевают смешанные чувства.

Он видится мне воплощённым испытанием, злым гением. Примириться ли и найти компромисс, или же решить быстро и радикально, решать только мне. Но уже сейчас я знаю — те слова стали роковыми и запустили цепную реакцию к событиям, которые что-то навсегда изменят. Что-то во мне самой.

Впрочем, я согласна на любые перемены. Лишь бы только не сдаваться, не опускать рук, не быть сломленной…

Но пока всё, что у меня есть — эти чёртовы смешанные чувства, порождающие нерешительность.

Где бы ты ни был

Огонь взметнулся к тёмному круглому отверстию над головой и сорвавшиеся искры тут же устремились к небесам. Бесстрашно приблизившись к костру, я заглянула вглубь в надежде получить хоть какую-то подсказку.

Далёкий рокот барабанов отдавался в ушах и проходил сквозь тело, но даже он не мог заглушить зова и бесконечно повторяющегося в нём имени.

Беллирель.

Зов колебался от требовательного призыва до исступлённой молитвы.

Брат мой, где бы ты ни был, вернись…

Слова срывались в пылающую бездну, вспыхивая и разносясь по всем мыслимым и немыслимым направлениям стаями быстрокрылых огненных птиц.

Я напрочь позабыла о своём изначальном намерении обратиться к отцу. И вспомнила, когда было уже слишком поздно. Хотя… он бы мог.

Но тело уже подчинялось особому ритму, выходя за привычные пространственные рамки, проникая на новые уровни и становясь воплощённой Силой.

Я готова была рискнуть всем тем, что он так берёг.