Наёмник «S» ранга. Том 4

Но хоть она и пыталась держать себя в руках, румянец щёк и ярко выраженная похоть в глазах, выдавали её с головой.

— Ваш дядя, господин Абрахам, не выходит на связь, — начала она доклад. — Также мы не можем связаться с Гилбертом и Джошуа.

Брови Кристофера приподнялись в удивлении. Что значит не выходят на связь? Им было поручено простое задание: выйти на опережение отделившегося отряда неприятелей из Аркадии, и задержать мальчишку. Просто приказ, отданный не только службой безопасности империи, но и подкреплённым самим императорским указом.

Раз его дядя, кузен и племянник, не выходят на связь, то они не справились. Но как? С ними были посланы шесть отрядов отборного мяса с выданном им сывороткой «Дыхание Фенрира».

Элеонор открыла принесённую папку и протянула её господину. Тот с задумчивым видом принял её и всмотрелся в данные разведки, посланной, как только связь прервалась. С каждой секундой, Альфа хмурился от прочитанного и ему не нравилось то, что он видел.

— Если это всё, на что способны нынешние Чистокровные Ликаны, — раздался полный холода и силы юношеский голос из динамика устройства, изъятого в одной из разбитых машин. — То мне даже интересно, как вы ещё не сдохли.

Элеонор на подобные слова заскрежетала зубами, а её звериная суть на короткий миг вышла из под контроля.

Альфа и глава клана никак не отреагировал на порыв девушки. Она ещё слишком импульсивна, но очень талантлива. Пусть… Пусть звериное начало прорывается. Нельзя сдерживать свою суть, когда она того требует.

Больше всего Кристофера волновало то, что он услышал, нежели реакция подчинённой.

«Чистокровные Ликаны…» — пронеслась мысль в его голове, заставляя задуматься ещё сильнее.

Никто, кроме него, не выражался так в обращении к оборотнями своего клана. Да и сам Кристофер не совсем понимал, почему это название слышалось для него, будто родным. С самого детства, после того, как отец отвёл его в лабораторный комплекс, где юному Кристоферу сделали странный укол, он начал замечать за собой необычные порывы. Словно… Его внутренний зверь общался с ним на своём языке и подсказывал то, что казалось непонятным и необъяснимым.