Наёмник «S» ранга. Том 4

Вступив в войну с Тьмой, оно внесло равновесие, ставшее рождением каждого существа нашего мира.

— Слишком сложно, учитель… — протянул тогдашний я и почесал затылок. — Тьма, Солнце, Рассвет. Зачем мы здесь?

Граф по-отцовски улыбнулся и потрепал меня по волосам. Я надулся и попытался сбросить его тяжёлую ладонь, украшенную перстнями.

Убрав руку, учитель присел рядом со мной на колени и будто самый обычный человек, зачерпнул ладонью грязную землю. Он всегда был таким. Странным, сильным, мудрым.

— Именно здесь, Беррада, зародился наш род, — начал он медленно переворачивать руку. Земля посыпалась комьями. — Именно на этой земле, умирая от жажды, голода и опасных хищников, древнейшие поселенцы пытались построить свой новый дом. Они были обычными людьми…

— Людьми?! — в шоке вскинулся я, не контролируя показав клыки. — Смертными?! Кусками мяса?! Этим мусором, недостойным жизни?!

— Тебе надо поменьше общаться с Валекором и Ламией, — хохотнул граф. — Да, они были людьми.

Их земли погрязли в войне, от которой они бежали сюда, к берегам островов Тана. На их головы свалилось множество невзгод. Болезни, враги, хищники… Сама земля не принимала их, а Солнце несло лишь беды. Ведь именно с ним приходили те, кто не терпел новых соседей на своих землях.

Захваченный историей, как бывало не единожды, я с раскрытым ртом слушал учителя, внимая каждому слову. Он умел увлечь историей… Рассказать так, как ни у кого не получалось.

— А что было потом?! — в нетерпении спросил я, поморщившись от прохладного горного ветра.

— Потом… — вздохнул граф и с затаенной болью дал ответ: — Они совершили ошибку, совершив запретный ритуал их народа. Солнце стало для них врагом и знамением смерти… И поэтому, они обратились ко Тьме. Она изменила их, сделав сильнее. Взамен же, они отдали свою человечность. Голод и жажда смертной пищи более не были страшны им, но на их место пришло нечто иное. Иной голод, иная жажда.

Лик их преобразился и явил собой ужасающий оскал, пробуждающий в живом существе только страх и ужас. Ночь стала их временем. Стала часом…

— Часом чего? — с вылупленными, как у филина, глазами, я смотрел на учителя.

— Часом, когда первые вампиры отомстили за боль и завоевали свой новый дом, — он со вздохом поднялся, выпрямился и окинул долину рукой. — Вся эта земля, Беррада, обагрена кровью и усыпана телами, давшими всходы новой жизни.