Катализатор

Он пересёк зал, грозно нависнув над девочкой. Алиса прижала ноги к груди, словно стараясь занять как можно меньше места. Задышала тяжело, прерывисто. И вдруг заплакала, уткнувшись лицом в колени.

– Я не хотела… чтобы ты злился.

– Почему я должен был злиться?

От неожиданности Рэд растерял изрядную долю строгости.

– Ты говорил маме… Ещё летом… Когда она к тебе в музей ходила… – Всхлипы душили девочку, мешая объяснять. – Ты ругался, и кричал… Что не хочешь, чтобы я тоже… Что это проблемы… Что одного тигра в семье достаточно… Больше, чем достаточно…

Рэд со стоном опустился на пол, сгрёб дочь в охапку.

– Я не хотела, честно. – Алиса прижалась к нему, жалобно шмыгнула носом. – Оно само получается. И ты злишься, да?

– Чучело ты моё. – Оборотень вздохнул, ласково потрепал дочь по голове. – Не надо меня слушать, когда я кричу. Тем более принимать то, что я кричу, как руководство к действию. И злюсь я не на то, что ты перевоплощаешься, а на то, что я об этом ничего не знаю.

«Ребёнок» уже не плакал, но дышал всё ещё слишком часто. Рэд потянул за цепочку на шее Алисы. Из-под футболки показался бледно-зелёный камешек. Оборотень на секунду задумался и завязал длинную цепочку узлом, так что амулет лёг в ямку между ключицами.

– Легче?

Девочка глубоко вздохнула.

– О некоторых вещах рассказывать полезнее, чем молчать, – наставительно произнёс Рэд. – И безопаснее.

Алиса не ответила.

Пауза оказалась донельзя неловкой.

– А теперь, может быть, кто-нибудь и мне объяснит, что произошло?

Всё это время Жак молчал. Сначала – пытаясь справиться с пережитыми эмоциями, затем – обдумывая план дальнейших действий. И для плана явно не хватало информации. 

– Я так понимаю, эта штука у Криса в руке никого, кроме меня, не удивляет? – Он глянул на Алису, но счёл её удивление несущественным. – Вы двое в курсе, что это за сила?

– Это Вектор, – неохотно ответила Тина.

– Я знаю, что такое Вектор, – нетерпеливо оборвал Жак. – Я только не понимаю, как он оказался у моего сына.

Кристина вздохнула и начала объяснять. История получилась короткой и в пересказе звучала довольно нелепо. То, что раньше казалось логичным и обдуманным решением, на словах выглядело глупым и импульсивным.

– Вашу ж мать! – не сдержался Жак.