Катализатор

– Что ж, мистер Скай, либо вы действительно пытаетесь обмануть лечащего врача, что уже само по себе нехорошо, либо ваше состояние гораздо тяжелее, чем мы предполагали. Частичная анальгезия, возможно, нарушение функции нервных волокон… – он с демонстративной озабоченностью качал головой. – Очень тревожные симптомы и повод для серьёзного и долгого обследования. – Врач сделал небольшую паузу, испытующе глядя на пациента. – Выбирайте, Эш. Либо вы помогаете нам адекватно оценивать ваше состояние и динамику реабилитации, либо я становлюсь доктором-перестраховщиком и вообще ни одного вашего слова больше не принимаю на веру.

Оружейник засмеялся, но тут же задохнулся от боли.

– Вы очень убедительны, доктор, – признал он, восстановив дыхание. – Я согласен на первый вариант.

Из тишины, которая повисла в палате, когда из неё, завершив осмотр, вышел Вернер, могла бы получиться надёжная крепостная стена. Эш смотрел на Джину устало и мрачно. Ей снова было больно и страшно.

– Эш, мне не нравится то, о чём ты думаешь.

Её взгляд проник в сознание отрезвляюще-холодной волной.

– А ты знаешь, о чём я думаю?

– Догадываюсь. Я слишком хорошо помню это выражение лица. Избавься от него, пожалуйста. Желательно насовсем.

Он улыбнулся. Получилось немного натянуто, но пока и так сойдёт.

– Ты звонила родителям?

– Нет. Подумала, лучше ты сам.

– Спасибо.

Значит, призыв к откровенности ничуть не противоречит поддержанию его привычки скрывать свои проблемы от родных. В чём подвох, Джин?

Врач вернулся в палату, на этот раз предварительно постучав. 

– Здесь к вам рвётся один очень настойчивый молодой человек, – уведомил он. – Говорит, что из полиции, официальными бумагами стращает. Пообщаетесь с ним? Или пусть ждёт, пока поправитесь?

– Ну зачем же? Пообщаюсь, конечно.

Вернер выглянул в коридор, сделал кому-то знак, и через несколько секунд в палате появился Гай. Вошёл и замер на полпути к постели больного.

– Что, я так плохо выгляжу? – усмехнулся Эш.

– На покойника года не тянешь, – покачал головой лейтенант, подходя ближе. – Я видал и похуже. Как себя чувствуешь, герой?

– Как дырявый чайник без ручки, – признался оружейник.