Катализатор

Нельзя так рисковать…

– Эш… – Илона мягко коснулась его плеча, прерывая череду возражений. – Родной, я всего лишь хочу, чтобы, если этот вопрос возникнет, решение принимал только ты. Пишите, дети. Будем надеяться, что эти бумажки вам никогда не пригодятся.

И она начала диктовать.

* * *

Бумажка пригодилась почти через четыре года. Когда Эш действительно угодил в больницу с дырой в груди. Предсказатель хренов. Впрочем, он, как всегда, был прав: обратная ситуация принесла бы куда больше проблем.

Главврач центральной больницы Зимогорья прочитал документ дважды и внимательно посмотрел на Джину поверх очков.

– Доверенное лицо, значит… – неодобрительно протянул он. – С правом подписи…

– Да. Как раз в таких ситуациях.

– А это… – Он указал на два имени под росчерком Эша.

– Его родители. Они живут далеко от Зимогорья, но документ составлен с их согласия и, как видите, заверен по всем правилам.

Врач беспомощно протянул листок обратно.

– К чему такие сложности? Что такого особенного в его поле?

– Ничего.

Но пять лет назад он достаточно плотно общался с дардарскими шаманами. Как раз о проблемах поля. И они внушили ему некоторые убеждения, которые не слишком понятны современной науке.

Врач закатил глаза.

– Хорошо… Джина, но вы ведь неглупая девушка. Практикующий врач, более того – полевик! Вы ведь понимаете, что нам необходимо провести полную диагностику. Если окажется, что всё в порядке, – я первый вздохну с облегчением. Но мы должны убедиться. 

– Понимаю.

Но вы же видели – он вполне отчётливо выразил свой запрет. Если я без достаточных оснований его нарушу, Эш очень на меня рассердится, когда очнётся.

– Если вы будете упорствовать, он может вообще не очнуться! – вспылил врач. – Если его состояние ухудшится…

Джин устало потёрла глаза.

– Не волнуйтесь, если его состояние ухудшится из-за проблем с полем, я дам согласие.

– Но нам нужно будет действовать быстро, – напомнил врач. – Мы не сможем ждать момента, когда вы будете здесь…

– Об этом не беспокойтесь.

Я буду здесь в любой момент. Даже если вам очень захочется меня выгнать.

За всё время их беседы Вернер не произнёс ни слова. Но после, отойдя на достаточное расстояние от кабинета главврача, остановил Джину в пустом больничном коридоре. Мягкость из глаз врача исчезла – как не бывало.

– Давайте начистоту, – предложил он. – У меня есть пациент, который находится в тяжёлом состоянии, и моя задача – сделать так, чтобы он выжил.