Ани и еë вурдалаки

Если здесь и была какая-то охрана, она умело скрывалась.

— Мы точно сюда поместимся? – спросила я, не надеясь, что Липкий меня услышит, но тот ответил:

— Не дрейфь, принцесса! Мы завсегдатаи, нас ждёт столик и реки лучшего здешнего пойла!

Его цепкие пальцы ещё сильнее впились в мои плечи, и он подтолкнул меня мимо отплясывающих ведьм в направлении тёмного угла, наполовину скрытого ширмой, разрисованной неоновыми красками в абстрактном духе. Спустя десяток оттоптанных ног и десятка полтора заковыристых ругательств мы оказались на месте, и я смогла выдохнуть: за круглым кованым столиком и впрямь никого не было.

— Устраивайся, красотка, и лучше забудь про эти свои мыслишки. Торн, Щур, составьте компанию нашей принцессе, пока я раздобуду выпивку!

— Садись, – пробасил Воротник, – в ногах правды нет. Удобное кресло. Не смотри, что обтерханное, клопов в нём не водится.

— Ларсу не понравится, – сиплым ломающимся голосом возразил Цепь.

— Туда ещё две таких девчонки помимо Ларса поместятся, – отмахнулся его приятель, устраиваясь на высоком барном стуле, не слишком подходящем к этому столу. – Завидуй молча.

Я не стала упираться – уселась, постаравшись устроиться как можно вольготнее, чтобы у Липкого даже мысли не возникло, что он может сюда поместиться, но тут же осознала всю тщетность этой попытки – кресло и впрямь было большое, а я – не слишком.

— А она нахалка, – вздохнул Цепь.

— Эй, я здесь и всё слышу, – огрызнулась я, но в ту же секунду мне пришла в голову мысль получше: – Но вообще-то мне и самой не слишком хочется тут оставаться. Так что я пойду, наверное, да?

— Вали скорей, – просипел Цепь.

Меня не надо было упрашивать. Я вскочила с кресла (пожалуй, после получки надо будет присмотреть что-то подобное, оно мне понравилось); подхватила за лямку поставленную на пол сумку. И только собралась улизнуть из-за ширмы на улицу, оттоптав ноги всем встреченным на пути личностям, как меня резво сцапал за рукав Воротник.

— Постой, крошка. Мне совсем не хочется, чтобы из-за тебя у нас с Ларсом возникло непонимание. Не дрыгайся, сиди себе. Ларс вернётся – разбирайся с ним сама.

Пожалуй, не следовало предпринимать такую явную попытку бегства: сказала бы лучше, что мне в уборную надо, сил нет терпеть… А так – момент был упущен.